Охота на Велеса

– Напугала-то как! – пожурил меня отец Остапа, поднимаясь с табуретки, стоявшей рядом.

– Я больше так не буду… скорее всего, – неуверенно пообещала я. – Постараюсь.

Дядя Семён подал мне стакан с травянистым отваром и пояснил:

– Держи. Успокоительное.

– Я вам не барышня какая-то! – взбрыкнула, пытаясь отодвинуть ёмкость с травой.

– Пей-пей, – понукая, словно ребёнка, сказал Оська, подталкивая мою руку к губам и принуждая употребить снадобье.

Поняв, что сопротивление бесполезно, залпом выпила щедрое подношение.

– Умница, – похвалил друг отца, отбирая стакан.

– …Сегодня в своей квартире были обнаружены два трупа: мужчина и женщина. – На экране появилось изображение моего дома и подъезда. Его ни с чем не перепутаешь – постройка начала прошлого века, стиль – классицизм. Крупным планом выхватили адрес на фасаде. Мы хоть и жили в Латвии, но на месяц-два приезжали в квартиру в Москве. Папа обычно шутил, что хотел надышаться воздухом родины, чтобы потом снова отбывать «повинность» на фирме, в которой работал.

– Они были зверски убиты. Преступникам удалось скрыться. Личности убитых установлены. Это известная предпринимательница и её муж – учёный, биолог. На видеозаписи, снятой камерой в подъезде дома, хорошо видно, что преступники вошли в дом и поднялись на седьмой этаж. Один из бандитов оказался девушкой. Описание соседей, видевших парочку, подходит под описание дочери предпринимательницы и её мужа.

В кадре показалась дверь с номером моей квартиры. Я занервничала. Не знаю, на что надеялась, может, на ошибку? Совпадение? Мало ли домов и квартир с таким же номером…

Вездесущий оператор прошёл внутрь, показывая разруху, кровь, лохмотья, обрывки.

Словно там побывал Джек-потрошитель и порубил всё, что двигалось и не двигалось, гигантским топором. Я с ужасом узнавала и не узнавала очертания своего родного и теперь такого недосягаемого отчего дома.

Камера остановилась на расколотом надвое компьютерном кресле, залитом чьей-то кровью, с очерченным мелом силуэтом. В кадре рядом с креслом на полу – такой же силуэт.

И море… Нет – океан крови.

Я тяжело сглотнула. Глаза вновь застлала пелена, а по щекам текли слёзы. Меня затошнило, и стала бить крупная дрожь.

Нет! Пусть будет так, что родителей не было дома в тот страшный миг!

Жаль тех, кто погиб!

– Это были не мои родители! – оказывается, я кричала во весь голос.

Остап сдавил меня в тисках стальных объятий. Он держал, а я вырывалась, билась в его руках, сопротивлялась.