Охота на Велеса

К чему, интересно?

– Что в конверте? Письмо?

– Деньги, – брови подруги полезли на лоб. – Не поняла…

– Проверь флешку.

– Сейчас.

Девушка положила смартфон на кожаное сиденье, конверт определила в рюкзак и водрузила на колени нетбук, включила его. Когда компьютер загрузился, вставила флешку в специальный порт и произнесла:

– Тут только видео.

– Ну, включай. Мне выйти?

Алина покачала головой:

– Нет. Давай послушаем.

Линка вместе с компьютером пересела на переднее сиденье и поставила устройство на панель, запустила видео, прибавила звук.

На экране сначала никого не было, виднелась только спинка высокого кожаного кресла, стена, отделанная венецианской штукатуркой и картина. Мощный поток света приходился на правую сторону экрана, и я подозреваю, что происходил он от настольной лампы.

– Это у нас дома, в московской квартире, – пояснила девушка. – Папин кабинет.

Я в ответ только угукнул, ведь на экране в кресло сел дядя Боря. Он улыбнулся и сказал:

– Здравствуй, дочка! Странное у нас сейчас с тобой будет общение: буквально сквозь время.

Я невольно потянулся к Алинке и взял её за руку. Наши пальцы переплелись.

– Запись сделана в день твоего отъезда и разбита на несколько частей – мера предосторожности. Ты прости меня, что заставил тебя ехать в тайгу, пускай точно знал, что хотела ты в Италию с Зигурдом. Прости. Всё ради твоей пользы. Я не тиран, не домашний деспот. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты выжила в том кошмаре, который сейчас завязывается. Начну с главного: ты в опасности.

Ничего себе! Опасность! Впервые слышал от благодушного дяди Бори слова подобного типа. Но даже не это меня вдруг взволновало, а некий Зигурд, присутствие которого в жизни Алины настолько значимо.

Я бы этому Зигурду все зубы пересчитал!

С другой стороны, чего это я? У подруги детства была до меня жизнь и, судя по всему, насыщенная. Неужели, когда в баньке «парились», она из-за него так плакала? Тогда вообще не понятно, почему всё между нами произошло?

– Повторюсь: ты в опасности.

Знаешь ведь, как отношусь к повторениям, но хочу, чтобы ты уяснила и приняла своё положение должным образом. Начну издалека. Я работал в лаборатории, занимался любимым делом. Нас было четверо закадычных друзей. Не хочу приписывать все последующие заслуги только себе. Каждый из нас был окрылён делом и в общую копилку вносил плоды своих научных прорывов. Не знаю, но у нас долго не получался проект «Велес», над которым трудились лет пять.