Костер в ночи. Мой брат Майкл. Башня из слоновой кости (сборник)

Его никогда нет в гостинице.

– Значит, он альпинист, – сказала я с улыбкой.

– Возможно. Здесь есть еще один скалолаз, по имени Бигл.

– Роналд Бигл?

– Кажется. Еще один ваш знакомый?

– Нет. Мы с ним никогда не встречались, но я слышала о нем. Он – знаменитый альпинист.

Марша выказала некоторый интерес:

– Вот как? Да, теперь, когда вы сказали… Он действительно проводит все ночи, изучая какие-то карты, или сидит как приклеенный у радиоприемника, слушая о восхождении на Эверест.

– Тогда это точно он.

Он написал книгу о Нангапарбате[5 - Нангапарбат – гора в Гималаях, восьмитысячник.].

– Да? – произнесла Марша, поскучнев. – Так вот, он повсюду бродит с другим мужчиной, забавным коротышкой, которого зовут Хьюберт Хэй. Кажется, они приехали не вместе, но, по-моему, Хьюберт тоже писатель. Он маленький, кругленький и совершеннейшее сорбо.

– Сорбо?

– Да. Не ущипнешь.

– Понятно. Но какое странное слово! Сорбо… это по-итальянски?

Она очаровательно хмыкнула:

– О боже, ведь таким образом можно вычислить, сколько мне лет, правда? Надо за собой следить.

Нет, милочка, это не по-итальянски. Когда-то давно, в тридцатые годы, когда вас еще возили в коляске, продавались твердые резиновые мячики для детей. Они назывались «сорбо-попрыгунчики».

– И вы в них играли?

– Милочка, – повторила Марша, – вы так добры… Все равно, этот коротышка – явное сорбо по характеру и по внешности и носит фантастические жилеты. Здесь есть еще один мужчина, не знаю, как его зовут, он приехал вчера вечером.

Но у меня такое чувство, что он тоже писатель.

– О господи!

– Я понимаю. Настоящая плеяда талантов, да? Хотя, скорее всего, они ничего не стоят. Сорбо так наверняка. Но этот парень выглядит, словно он действительно… весь такой темный и роковой, – мечтательно произнесла Марша, а потом нахмурилась своему джину. – Только… он тоже рыбачит.

– Создается впечатление, что здесь собралась интригующая компания, – высказалась я.

– Не правда ли? – откликнулась она без особой убежденности. – Да, еще пожилая дама, которая, по-моему, является матерью Каудрей-Симпсона, она все время вяжет, милочка, причем нитками ужасных цветов. И еще три юнца с голыми коленками, они живут в палатках около реки, ходят сюда питаться и постоянно бродят с молотками, серпами и тому подобной ерундой.

– Вероятно, студенты-геологи, – догадалась я. – Однако я очень сомневаюсь насчет серпов.