Лунные пряхи. Гончие псы Гавриила (сборник)

Трели и свист, длинные, нарушающие покой кларнетные ноты лились, били ключом из чернеющих кипарисов. Птица, должно быть, пела не менее двух минут, а я стояла и, благословляя ее, пыталась еще услышать и шаги удаляющегося Стратоса.

Соловей прекратил петь. И тут в десяти ярдах от себя я отчетливо услышала бренчание мелочи в кармане, потом чирканье спички. Стратос остановился за углом дома и неторопливо прикуривал сигарету.

Горящая спичка показалась неестественно яркой. Если бы он взглянул сейчас…

Он поднял голову, чтобы сделать первую затяжку.

Моя рука, засунутая в карман пальто Фрэнсис, наткнулась на пачку сигарет.

Я шагнула вперед:

– Господин Алексиакис?

Он обернулся. Спичка упала в пыль и погасла, не успев догореть. Я двинулась к нему с сигаретой в руке.

– Извините за беспокойство. Дайте, пожалуйста, прикурить. Я вышла без спичек.

– А, это вы, мисс Феррис! Конечно. – Он пошел мне навстречу, зажег и протянул спичку. – Вы что-то допоздна загулялись? Все еще знакомитесь с окрестностями?

Я засмеялась:

– Ночной Айос-Георгиос? Да нет.

Я уже было отправилась спать, да услышала соловья и решила послушать.

– Ах да. Тони мне говорил, что вы увлекаетесь такого рода вещами. – Голос его звучал спокойно, чуть ли не равнодушно. Он оперся плечом о стену и протянул руку с сигаретой в сторону кипарисов. – Вон там, да? Они всегда там поют, я помню их со времен, когда еще был мальчишкой. Теперь и не замечаю. И сегодня пел? Пожалуй, рановато для них.

– Только один, и кажется, он замолчал.

 – Я подавила зевок. – Пойду-ка я укладываться. День был такой длинный, но такой приятный. Может быть, завтра…

Я остановилась на полуслове, потому что он сделал резкое, призывающее к молчанию движение: какой-то звук встревожил его. Я слышала его тоже, но на меня он не подействовал так быстро, как на Стратоса: видимо, даже в расслабляющей спокойной обстановке этот человек был настороже, как лисица.

Мы стояли близко к стене сарая, который я пришла обследовать.

Он был сложен из крупных, грубо отесанных камней, в небрежной кладке было множество щелей. Звук, очевидно, донесся из какой-то щели рядом с нами – легкий звук царапанья, потом тихий шорох, как от сыплющегося песка. Какое-то движение в сарае Софии.

Стратос замер, голова поднята. Я увидела в его глазах отблеск огонька сигареты.

– Мне кажется, я что-то слышал. Подождите.

Колин, лихорадочно подумала я, это Колин… но потом поняла, что страх делает меня глупой.