Пленница Дикаря

Слово мне уже знакомо, но, не оборачиваясь, я упрямо направляюсь в сторону деревушки индейцев.

– Хийа [Нет], – его голос приобретает металлический оттенок. Я останавливаюсь. Останавливаюсь от прозвучавшей угрозы.

– Ункупело [Мы идем домой], – более спокойно, но все же строго произносит Дикарь.

И этого достаточно, чтобы заставить меня обернуться. Мои руки настолько напряжены, что почти дрожат, а ладони сжаты в кулаки.

– Я не пойду с тобой!

Мужчина раздражённо закатывает глаза и незамедлительно направляется в мою сторону.

Да уж… рано я радовалась.

Понимание того, что все равно будет так, как хочет это животное, распаляет во мне желание причинить ему боль.

– Лечи у уо [Иди сюда], – он протягивает руку и жестом манит к себе. Ага, сейчас. Уже иду, милый. Я, не раздумывая, разворачиваюсь и бросаюсь наутек, но моя попытка убежать с крахом проваливается.

Я даже не замечаю, как вместо земли уже рассекаю ногами воздух. Не обращая внимания на мое сопротивление, он перекидывает меня через плечо и рычит:

– Чанзе! [Не зли меня!]

Я не понимаю смысла слов, но его устрашающей интонации достаточно, чтобы уяснить: зверь в гневе.

– Отпусти! Можешь так со своей Аяшей обращаться! А от меня отвали! – не переставая кричать, я колочу его в спину, ерзаю на плече, дергаю ногами, но он крепко фиксирует их рукой, лишая меня возможности хорошенечко двинуть ему по лицу. Зверюге придется приложить усилия, потому что я не собираюсь выполнять его прихоти.

– Со мной, значит, можно как с вещью обращаться?! – я со всей силы дергаю ногой и наконец задеваю его. Ответная реакция следует незамедлительно, и моя задница вспыхивает пламенем. Его ладонь еще раз накрывает мои ягодицы и сминает их так грубо, что из глаз аж искры летят. Как же больно, мать твою! Из-за мокрой, плотно натянутой ткани его шлепок оказал должный результат, и мне приходится успокоиться.

– Ненавижу тебя! Животное!

В следующее мгновение он впивается в ягодицу зубами, и из моей груди вырывается болезненный стон.

– Самое настоящее животное! – с яростью выплевываю ему в лицо каждое слово.

– Витко! [Глупая!]

– Сам ты витко! – шиплю я, глядя ему прямо в глаза. Дикарь усмехается, демонстрируя белоснежный оскал. – Смешно?! – рычу, стиснув зубы, и упираюсь ему в грудь ладонями, пытаясь отстраниться. Но не получается.