Грешник

Когда она берёт у меня в рот, я сотрясаю воздух отборным матом и начинаю вдалбливаться в тесное влажное пространство, напрочь позабыв и о Марии, и вообще обо всём. Девчонка сосёт просто отлично. Хлюпающие и чавкающие звуки наполняют помещение, пропитывают его запахом секса, и мозг отключается, уступая место животным инстинктам.

Не забочусь ни о её комфорте, ни о её удовольствии. Я пришёл сюда скинуть напряжение. Брать, а не отдавать. Вот это мне и нравится в шлюхах. Их заводит такое потребительское отношение. Девчонка просто огонь.

Я б ещё с ней поразвлёкся. Наедине.

Но тут происходит странное.

Наблюдаю, как Мария садится позади брюнеточки. Плащ Мария скинула, а под ним ничего нет. Она откидывается чуть назад, выставляя роскошную грудь на обозрение, проводит по ней острыми ноготками, цепляет соски, насмешливо смотря мне прямо в глаза, и я с глухим стоном изливаюсь брюнетке в рот.

– Ты красивая, – шепчет Мария, пока я застёгиваю брюки. – Как тебя зовут?

– Бьянка.

– О, bellezza. [*красавица; итал.

]

Кажется, Мария приревновала меня к ней. Не на такой эффект я рассчитывал, но в данный момент мне совершенно плевать. Сейчас меня волнует совсем другое. Беру в руки стек и направляюсь ко второй девушке.

– Ну как ты тут, детка?

Легонько шлёпаю наконечником стека по её щеке. Вижу, как девчонка напрягается, вздрагивает всем телом, натягивая цепи, которые удерживают её руки и ноги в разведённом положении.

– Хорошо, – сдавленно выдыхает она.

Веду стеком по груди, очерчиваю ареол соска, отвожу стек, а затем хлёстко ударяю по нежной коже.

Девчонка снова вздрагивает и шумно дышит, но отнюдь не от возбуждения. Ни хрена ей не хорошо. Ей страшно. А страх я чую за километр. И в данный момент не он мне нужен.

– Тебе не нравится.

– Всё хорошо, – повторяет она свою заведённую пластинку.

Наклоняюсь к её лицу и еле слышно произношу:

– Не ври мне.

Её губы подрагивают, на лбу проступает испарина, а из-под маски стекают ручейки слёз.

– Мне правда нравится, – шепчет девчонка.

 – Продолжайте, господин.

Отбрасываю стек, освобождаю девушку и тяну за собой прочь из апартаментов. Она всхлипывает, спотыкается, цепляется за мою руку, но не отстаёт ни на шаг несмотря на то, что глаза у неё завязаны.

Лишь когда мы выходим на остеклённую террасу, я снимаю с девушки повязку. Подвожу дрожащую от страха девчонку к диванчику и велю сесть на него. Наливаю нам выпить, протягиваю ей рокс и присаживаюсь напротив.

– Рассказывай.