Во власти греха

– Предупреждаю, Валэри, – Джозеф смотрит мне в глаза, словно пытаясь достучаться до потаённых глубин моего сознания. Но его взгляд не добрый. – Правда бывает болезненна.

Он прав.

Всю жизнь я думала, что меня сдали в приют непутёвые родители. Возможно, наркоманы или ещё какие отбросы общества. Мне даже и в голову не приходило, что мои родители мертвы. Убиты самым зверским образом. Фотографии их обгоревших тел не раскрывают всей сути, но есть реальные отчёты судмедэкспертов, рапорты с места преступления.

Разумеется, делу не дали ход.

Всё замяли сразу же. Представили общественности как несчастный случай. «Неисправность проводки» – вот какова официальная версия причины пожара.

Люди, заказавшие расправу над моими родителями – настоящие звери. Здесь есть их фотографии и имена. Один связан с политикой, двое других – крупные бизнесмены. Все трое – известные, публичные, влиятельные личности. Занимаются благотворительностью, отлично играют на публику. Их уважают и поддерживают, ими восхищаются.

На деле они – монстры, которые убили моих родителей, а теперь устроили на меня охоту.

За мной уже давно следили, а я не придавала значения тому, что часто вижу чёрную машину. Мало ли в Лондоне чёрных автомобилей? Конечно, много. Но это был один и тот же автомобиль. Только сейчас я это понимаю.

Какая я была невнимательная, неосторожная. Сконцентрировалась лишь на карьере, всё остальное ускользало из фокуса внимания молниеносно. Я даже мысли не допускала, что со мной может случиться что-то плохое.

Жила и жила себе, наслаждалась своими достижениями, смотрела вверх и вперёд, а не по сторонам. И уж точно не оглядывалась назад.

Да, правда бывает болезненна.

Папка соскальзывает с колен. Не успеваю её удержать, и она с грохотом падает на пол.

– Валэри, – Томас подаётся мне навстречу. – Ты в порядке?

– Можно воды? – собственный голос звенит в ушах.

Смотрю на Джозефа, а он смотрит на меня. Холодно. Отстранённо. Нахмурившись.

Если он запер меня здесь, чтобы обезопасить, то почему не рассказал всё сразу? Почему сейчас он сам выглядит как человек, который хочет меня убить? Можно ли доверять ему? Можно ли доверять тому, кто открыто признался мне в том, что сам не раз переступал через закон? Столько вопросов, а ответов – нет.

Вода не помогает, мне всё ещё нехорошо, но, по крайней мере, жажду я утолила. Томас забирает стакан у меня из рук.

– Я пойду спать. Доброй ночи, Валэри.

– Ты живёшь здесь?

– Нет, но этот говнюк выделил мне комнату.