Танец со зверем

Второй рукой Эдриан начинает бесцеремонно лапать меня. Не сопротивляюсь. Просто смотрю ему в глаза и вижу в них разгорающуюся похоть.

Он впивается в мои губы, и я чувствую привкус виски. Босс снова пьян. И вновь в памяти ярко вспыхивает лицо Майкла. Он улыбается мне и называет мартышкой, а у меня наворачиваются слёзы.

Дёргаю головой, наступаю Эдриану на ногу. Он слегка отстраняется от меня. Его глаза горят бешенным огнём.

– Ты ублюдок, убивший моего брата, я ненавижу тебя! Не прикасайся ко мне!

– Да, я ублюдок, – он ухмыляется.

 – Но ты меня хочешь.

– Ошибаешься!

– Неужели? Проверим?

Он отодвигает край боди, погружает в меня пальцы. Они легко проскальзывают внутрь. Снова. Эдриан подносит руку к моему лицу, его пальцы блестят от моей влаги. Он засовывает их мне в рот.

– Вот какая ты на вкус, – выдыхает он мне в лицо. – Вот насколько ты мокрая. Вот как сильно ты меня хочешь.

Он убирает пальцы, а у меня в голове что-то щёлкает.

– Ты больной ублюдок! – шиплю, поражаясь и пугаясь своей смелости.

Откуда она только взялась? Наверное, это всё злость. – Ты мне отвратителен. Я мокрая только потому, что у меня уже больше года не было секса. Я последние несколько месяцев всегда возбуждена и на пределе. Можешь взять меня прямо сейчас, я даже кончу. Буду стонать и кричать, но не думай, что в этом будет твоя заслуга, Босс. Ты мне отвратителен. Ты не мужчина – ты ничтожество! – выплёвываю ему в лицо.

Вижу, как его перекашивает от ярости. Да уж, Нора, ты молодец.

Он сейчас просто прибьёт тебя на месте. Вряд ли ему кто-то когда-нибудь отказывал. Вряд ли его кто-то когда-нибудь оскорблял. А если и были такие смельчаки, то они уже давно не живут на этом свете.

Он стискивает зубы с такой силой, что на его лице играют желваки. Эдриан отпускает меня и замахивается. Зажмуриваюсь. Кулак врезается в стену рядом с моим лицом. Меня трясёт то ли от страха, то ли от злости. Босс быстро вылетает из комнаты. Слышу, как что-то грохочет в коридоре.

Звуки постепенно отдаляются, затем и вовсе стихают.

Я жива. Открываю глаза и обессиленно сползаю по стене. Сколько я так сижу – не знаю. Усилием воли заставляю себя встать. На стене осталась трещина. Если бы он врезал мне с такой силой, я бы лишилась зубов.

Сон прошёл, да я и боюсь спать, боюсь, что он снова вломится ко мне, и на этот раз его ничто не остановит. Накидываю шёлковый халат, подхожу к столу и с сожалением отмечаю, что в графине нет воды.