Обнаружители Магии. День Единения

– Когда я просила тебя немного отдохнуть в таверне от работы, – мягко проговорила эльфийка, кротко улыбаясь, – я не имела в виду наблюдение за подобным позором.

– Это не ваша вина, леди Лориэль, – ответил Хэнк, – это недостаток дисциплины в гарнизоне.

Лориэль вздохнула и пожала мощное предплечье полуорка своей маленькой рукой.

– Попробуй все же немного расслабиться. Праздничные гуляния на площади обещают быть интересными.

– Как пожелаете.

– Лесная Застава искренне ценит твою помощь, Хэнк.

Но излишне загонять себя не стоит.

– В монастыре, который я покинул, это даже работой не назвали бы, – без излишнего упрямства сказал Хэнк, всем видом показывая, что дал себя уговорить.

– Надеюсь увидеть тебя в конце праздничного вечера. Послы будут держать речи в беседке у ратуши – довольно интересное зрелище, – Лориэль склонила голову в прощальном жесте и направилась в сторону, куда уже ушли оба капитана.

Как только она отошла на расстояние, с которого вряд ли могла что-то услышать, на Хэнка накинулись свидетели разговора:

– Ты ей точно нг’авишься, паг’ень, – хмыкнул Ален.

– Кто она? Благородная леди? – поинтересовалась Октавия.

– Да, родственница смотрителя Наунана, местного главы. Леди Лориэль помогает ему в наблюдении за порядком.

– И давно она оказывает тебе такие знаки внимания? – влез Иоахим.

– Она вежлива со всеми, кто предоставляет свои умения и улучшает благосостояние Лесной Заставы.

– Тепег’ь это называется «вежливостью», – повернулся Ален к Августу, который иронизирующе подвигал бровями.

Хэнк молча покачал головой и двинулся прочь от компании.

– Ты на ярмарку? – крикнул ему вслед Иоахим, потянув Августа за предплечье. – Пойдем тоже, я тысячу лет не был на ярмарках!

Август покосился на компаньона, показал на него пальцем, а затем этим же пальцем щелкнул по своей шее.

– На ярмарки и ходят пьяными, Август, – саркастически ответил Зальц, – в этом и есть суть веселья!

* * *

Главная площадь выглядела так, будто в ее центре взорвали гигантскую коробку с разноцветными лентами, резными фигурками и камушками на подвесках.

Украшено было все: кроны повидавших годы деревьев, тонкие ветви молодой древесной поросли и кустарников, скаты крыш, оконные и дверные проемы и проходящие мимо поселенцы. В вечернем знойном сумраке загорались факелы, чей свет собирался в основном возле островков ярмарочных гуляний.