Обнаружители Магии. Змеиная гора

Август выскочил перед переводчиком, изящной контратакой мечом отводя крюк в сторону. Второй удар накренившегося вперед рыболюда направлялся уже в рыцаря без доспеха, и тварь сделала очень интеллектуальную для ее вида вещь – сперва рыболюд обманчиво дернулся влево, а затем ударом наискосок распорол тонкий поддоспешник Августа, прорезая его от солнечного сплетения до углубления под шеей. Кровь мгновенно пропитала светлую ткань, но это не остановило рыцаря, более ожесточенно бросившегося в новую атаку на тварь.

Одновременно с этим лучник отправил новую стрелу, прорвавшую мелкий плавник на голени твари. Зашипев от нового ожога, рыболюд отбил удар Августа и бросился прочь, за холм, где встретился с Октавией.

– Не дайте ему уйти! – по равнине разнесся женский голос.

Иоахим закрутил головой, приходя в себя после ступора, и направил один из магических огоньков к источнику звука. Светящийся шарик перелетел от низины к верху другого холма, осветив фигуру лучницы с бегущими по натянутой тетиве лука электрическими разрядами.

– Очень крутая магия, но я так ничего не вижу!

Волшебник неловко погасил огонек и осознал, что его компаньонов рядом уже нет. В темноте он услышал направляющие крики и рванул за холм вслед за остальными, как и таинственная лучница, различимая благодаря отскакивающим от лука синим искрам.

Маршрут вел к реке, где Август и Октавия пытались окружить тварь с двух боков, но тот неожиданно плюхнулся на брюхо и быстро затарабанил конечностями по земле, доводя себя до водной кромки.

Октавия гневно рыкнула и вбежала в реку, безуспешно молотя оружием по и так беспокойной глади воды. Рядом с ней появился магический огонек и бесшумно скрылся в потоке. Его преломляющийся свет скользил вверх по течению, выхватывая тени камней и редких водорослей в глубине. Когда огонек подсветил перепончатую лапу, тифлингша рванула вперед, занесла молот и опустила его на копчик твари одновременно с тем, как Август пригвоздил корпус рыболюда мечом ко дну.

Вдвоем они вытащили бездыханную тварь из воды. Октавия облегченно вытерла пот со лба. От накопившейся усталости начало мутить – этот день был слишком долгим, чтобы в его конце сражаться с неведомыми рыболюдьми. Август, мучавшийся жаждой после битвы, зачерпнул ладонью воды из реки и громко отпил.

Ноги Октавии подкашивались, живот скрутило спазмом. Ей захотелось упасть на колени и сжаться.