Риша решает!

Риша, растерявшись, сползает мне на плечи и хватается за подбородок, чтобы удержать равновесие.

– Какого… – пищит она, но не успевает договорить, потому что я с легкостью встаю.

Тонкие пальцы вцепляются мне в горло, а я крепко держу ноги, свисающие с плеч, ощутив еще одну волну жара по телу. Пора бы выйти развеяться вечером, что-то мне не нравятся эти странные реакции.

– Стас, все это очень весело, но у нас тут занятие, – говорит Леся, и я вспоминаю, где нахожусь.

– А ну поставил меня, – цедит Риша, щипая меня за ухо.

 – Сейчас же!

Покорно наклоняюсь, позволяя Рише Мариновне слезть, а сам не могу унять восторг от того, как легко и грациозно у нее это получается. Кажется, вопрос с партнершей почти закрыт. Остается только договориться, что наверняка будет непросто, но Белецкие не боятся трудностей.

– Мастер Леся, позволите мне украсть ненадолго эту милую ученицу? Буквально на несколько минут.

Риша успевает сделать всего шаг, прежде чем я разворачиваю ее и закидываю на плечо.

Она упирается ладонями мне в спину, идеально балансируя. Да! Это точно оно! Шагаю к выходу из зала, беспокоясь только о том, что у меня может рассыпаться позвоночник от непрекращающихся тычков, а Риша Мариновна бросается такими словами, что Шнуров наверняка захотел бы взять у нее пару уроков русского матерного. Ну и девчонка!

Глава 3

POV: Риша

Стас опускает меня на пол посреди холла, и я тут же замахиваюсь, чтобы хорошенько врезать ему по роже.

Он ловко отскакивает, выставляя руки перед собой для защиты, и говорит миролюбиво:

– Спокойно, Риша Мариновна. Всего лишь короткая поездка верхом.

– Да! На осле! Не смей делать так больше! Понял?! – яростно отвечаю я.

Мои ноги дрожат, внутренняя поверхность бедер охвачена огнем, и не только она. Кажется, еще чуть-чуть, и я превращусь в духа вулканов, чтобы утопить в лаве негодования это доставучее лживое парнокопытное.

– Тише. Чего ты так разнервничалась?

– Потому что ты – чертов обманщик!

– Кто? Я? – Стас прижимает ладонь к груди.

 – Искренность – мой конек!

– Как интересно ты произносишь слово тупость. Не садишься в бабочку, да?

– Не садился до этого дня. Клянусь! Ты – волшебница!

– Ага, – хмыкаю я и делаю шаг вперед, потому что дурачества Стаса все больше выводят из себя. – Ты прав, я – волшебница. Фея синяков и фингалов. Сейчас ты в этом убедишься.

Сжимаю кулаки, гневное дыхание опаляет ноздри.