Никта

Сколько еще людей она убьет, прежде чем Оникс поймет, как с ней совладать, если вообще узнает, как это сделать? Стоит убедить себя в том, что студент «не был чист» и заслуживал смерти… Да, лучше думать так, не то чудовище ополчится на него самого, и он сам станет его следующей жертвой.

Воспоминания хлынули в его голову, чужеродные, как киношные кадры. Они убеждали Оникса, что раньше он сам был охотником, пускавшим кровь тем, кто оказывался слабее. Такому охотнику не полагается быть жертвой. Но, сегодня он может ей стать – и то по своей же собственной вине! Он сам сотворил этих монстров, они вышли из-под его резца.

Кроме того, Оникс вспомнил, что собирался купить продуктов, пусть поход в магазин и был лишь предлогом для того, чтобы найти сбежавшее творение и убедить его вернуться в студию. Путь до ближайшего супермаркета был неблизок, так что Оникс успел по пути не раз еще испытать укол совести за свершившееся. Когда он, наконец, добрался до царства консерв, круп и хлебобулочных изделий, его уже одолевала не совесть, а самый настоящий страх.

«Будто вернулся в старое доброе время, когда мир только начал показывать свое истинное лицо», – подумалось скульптору. Постепенно он свыкся с чудовищным окружением, но как свыкнуться с осознанием того, что в соседнем переулке поселился плотоядный монстр?

Последняя банка с кетчупом со скидкой 90%, к которой он протянул руку, отрастила крошечные ножки и побежала прочь от незадачливого покупателя.

– Ну и черт с тобой, – буркнул Оникс, сгребая в тележку кетчуп без скидки.

Может, сбежать в другой город? Но где гарантия, что его следующая скульптура не убьет их с Мари на месте?

– Я бы на твоем месте начал лепить кошек, – подала голос голова студента из тележки. Оникс остановился, вспоминая, когда это он брал такое с полки. – Хотя они тоже могут убить. Одну старуху загрызли ее собственные питомцы. Но она сама виновата, забыла их кормить. Вот старая склерозница!

Оникс поднял голову за волосы, и из рваной раны на месте шеи тут же бурным потоком полилась кровь, заливая продукты в тележке.

В человеческой голове физически не могло быть столько крови, но скульптор давно не удивлялся таким вещам.

– Заткнись, или я сыграю тобой в футбол! – рявкнул он, заставив мадам в соседнем ряду подпрыгнуть от неожиданности и выронить что-то из рук. По супермаркету пронесся звон разбитого стекла. Голова умолкла и, как только Оникс опустил ее обратно в тележку, обратилась капустным кочаном.