Из забвения в предательство

Часть груза от этого разговора спала с моих плеч.

– Я про тебя, меня и дверь. Что это было?

– Я сообщил тебе, что заказал пиццу. Что в этом плохого?

– Это произошло не в первый раз, Скотт, – я собралась с мыслями и выпалила: – Я знаю, что мне нравится Бен, иногда я думаю, что влюблена в него. Но, когда дело доходит до тебя, я не знаю, что чувствую, – он затаил дыхание. – Может, мне на самом деле не нравится Бен. Может, я просто идеализирую его, чтобы не чувствовать что-то к тебе? Потому что ты выглядишь так, словно разбить мое сердце на куски проще пареной репы.

– Ты выбираешь Бена, – он не задавал вопрос, а подводил итог моих слов. Скотт горько усмехнулся. – Если я тебе понадоблюсь, я в своей комнате.

Он встал и ушел, хлопнув дверью.

Вот и поговорили.

Глава 4

– Прошу, не использую меня, – прошептала я.

– Никогда, обещаю, – сказал Скотт и погладил меня по голове.

– Почему ты всегда со мной? – мой голос дрогнул.

– Без меня ты потеряна, – я фыркнула, а он продолжил: – и без тебя я тоже.

– Слишком ванильно, слишком.

***

– Скотт, ты ведешь себя, как ребенок. Выходи, – я хватаю себя за волосы и тяну их. – Нет, не как ребенок, а как скотина!

Он не выходит из комнаты 4 часа. Я успела поспать, то есть увидела странный сон, который был похож на воспоминание, поесть и принять душ. Он устроил мне бойкот. Бойкот!

– Ну, сколько можно дуться?

Нет ответа.

– Скотт! Я… я разрешу готовить на моей кухне. Только выйди! Прошу тебя!

Нет ответа.

– Скотт!

Черт! Так сложно открыть дверь и сказать: «Эй, детка! Я в норме.

Нет ответа. Стоп. Он не выходит четыре часа. А может? Нет, не может. Не думай о плохом! Он же не покончил собой? Нет, нет и нет! Из-за меня? Да нет же! Любящий себя человек не может такого сделать. Или же?.. У нас же была связка ключей?

Бегу на кухню. Ищу во всех шкафчиках. Нет! Ищу в комнатах, на полках, в шкатулках, в прикроватных тумбочках. Их нигде нет! Что же делать? Я посмотрела везде, кроме… кроме родительской комнаты.

Поднимаюсь на второй этаж и иду к их комнате. Стою перед дверью. Вдох, задержка, выдох. Вдох, задержка, выдох. Там никого нет. Моя семья разрушилась из-за матери много лет назад.

Ты издеваешься?! Боишься подойти, как раньше? Один мертв, другая ушла. Там ни души.

Умеешь ты убеждать, мозг.

Открываю дверь и захожу внутрь. Там огромная кровать, шкафы для одежды, рабочий стол, туалетный столик мамы, на котором – бинго! – лежат ключи.