Охотница

Наконец от теплого питья меня потянуло в сон. Свернуться калачиком и как следует поплакать оттого, что меня разлучили со всеми, кого я знаю, – вот чего мне хотелось. Но с поднятым коконом это делать не очень-то удобно. Поэтому я натянула кокон, закуталась в него и улеглась на мягкое кресло. Но туго застегивать кокон я не стала. Может, проводник парень робкого десятка. А может, он недаром интересуется, сумеем ли мы с Гончими его защитить.

Я Охотница, а Охотники, если хотят дожить до преклонных лет, всегда готовятся к худшему.

Поэтому я не стала расстегивать ремень безопасности под коконом, и разуваться тоже не стала. И кокон опустила не до конца.

Оказаться бы сейчас в своей комнатке, чтобы меня хранили крепкие монастырские стены из камня и дерева и чтобы между мною и пришлецами лежал снег! Этот кокон был уютнее и мягче моей кровати, но я бы все равно предпочла свою кровать. Мне не хватало звуков Монастыря – монахи и Учителя постоянно исполняли какие-нибудь религиозные ритуалы посреди ночи, и это было частью обычного распорядка: когда привыкаешь, начинаешь слушать эти звуки как колыбельную.

Мне ужасно не хватало запахов – ладана, снега, завтрака, который не спеша начинали готовить с вечера. Я скучала по теплым шерстяным одеялам, чуточку пахнущим овчиной, и о далеком свисте ветра в еловых ветках.

Но больше всего я тосковала по другим Охотникам. По уверенности, что ты не одна и что, если нагрянет беда, рядом встанут твои товарищи. Из-за того что мне так о многом приходилось скучать, сон никак не шел.

Наконец я заснула, но спала чутко.

Глава 2

Наутро важные персоны и не подумали просыпаться. Они продолжали нежиться в уютной темноте приват-капюшонов. А вот я проснулась рано и сразу стряхнула с себя сон. Охотник всегда так просыпается, если он не болен. Нас этому учат так долго и въедливо, что навык почти превращается в инстинкт. Затемнение с окон убрали, и можно наконец посмотреть, что делается за прутьями клетки.

Мы едем по открытой местности.

Кругом одни плоские поля. То есть это они по моим меркам плоские. Я знаю, я все время говорю «Гора» как бы с большой буквы, но на самом-то деле я имею в виду одну из многих гор, на которой стоит Монастырь. Я привыкла, что вокруг меня вздымаются вершины, что они заслоняют собою небо, что снег на склонах летом сходит только наполовину. Поэтому плоское поле – это… это что-то новенькое. И, надо сказать, это даже круто. Я в жизни не видела столько неба.