Элита

 – А теперь я, пожалуй, снова встану на очередь…

– Это ни к чему, – перебил он.

И указал на экран за моей спиной. На этом экране обычно крутился новостной канал. Я обернулась: сейчас там транслировали метеокарту с Пиком в центре. На нас стремительно надвигался грозовой фронт – не красный, не оранжевый, как обычно у нас на Горе, а почти фиолетовый с алым хвостом.

– Грозовой фронт, – невозмутимо прокомментировал Лучник, подтверждая мои мысли. – И довольно большой. Ты тут недолго, не видела здешних бурь. В такую бурю никто носа не высунет, даже гог с драккеном.

Нас уверяли, что гроза пройдет стороной, но… – Он пожал плечами, словно говоря: «Вот и верь этим синоптикам».

Оба наши перскома испустили какие-то особенные трели – сигнал был мне незнаком. После этого прозвучало объявление – видимо, предварительно записанное:

– Всем Охотникам. Идет грозовой фронт. Всем Охотникам. Вернуться на базу.

Я дважды ткнула в перском: подтвердить, что извещение получено, и закрыть сообщение. Лучник спустя секунду сделал то же самое.

– Наши большие бури – это чаще всего метели, – пояснила я. Лучник изучал что-то у себя в перскоме. – Они не стихают по нескольку дней.

И мне вспомнилась одна такая метель. Большая часть Монастыря вкопана в Гору, поэтому Учителям только и дел было, что навесить на окна тяжелые деревянные ставни, перенести все тренировки на воздухе в залы для боевых искусств и целиком положиться на ветер, который снабжал нас электричеством. Но деревенским приходилось всю осень сооружать крытые соломой коридоры между домами.

Зато, когда налетали метели, с такими коридорами снежные завалы были не страшны: подумаешь, лишняя пара футов снега на соломенной крыше. У нас иногда случались и сокрушительные, гибельные бураны – но раз в пару лет, не чаще.

– А мы теперь заперты минимум на двенадцать часов, а то и на все два дня. – Лучник красноречиво глянул на меня. – Помнишь, ты несла дозор в ливневых водостоках? Они недаром такие широкие. – Лучник потянулся. Я пыталась вообразить водостоки, куда с ревом низвергается вода.

 – Хорошо, что мы сегодня успели как следует Поохотиться. Гончие не оголодают до конца бури. Но все каналы станут крутить повторы, и в гостиной на этот счет бухтеть будут погромче грома. – Уголок его рта дернулся в усмешке, и я фыркнула.

– А если кто-нибудь ужасный выскочит за пределами грозовой тучи? – с тревогой осведомилась я.

– Надеюсь, нет. – Лучник уже поднялся, чтобы уходить. Он хлопнул меня по плечу и указал на карту.