Сердце шипов

Но так его легче месить.

– Скоро нарастишь столько мышц, что подашься в оруженосцы, – поддразнила я Джайлза.

Он усмехнулся. Джайлз не был красавцем, но в темно-карих глазах плясали озорные огоньки, губы казались созданными для улыбки, и ему всегда удавалось нас рассмешить.

– И почему ты думаешь, что их у меня и так не хватает?

– В основном потому, что ты тут, на кухне, а не во дворе бочки с песком катаешь, чтобы в них рыцарские кольчуги начистить, – охотно пояснила я.

– Фи. Эта работа куда лучше, – возразил Джайлз, тряхнув головой.

 – Половина забот оруженосца – прислуживать какому-нибудь высокомерному пустоголовому задире, который расхаживает везде с важным видом только потому, что кто-то стукнул его мечом по плечу. Предпочту честный труд.

– Не все рыцари высокомерные пустоголовые задиры, – сказала я и вдруг поперхнулась – перед глазами возник образ отца, осознание, как сильно я по нему скучаю, ударило под дых.

Должно быть, я хлюпнула носом или вроде того, потому что Джайлз перестал месить и сунул мне чистый кусок ткани из кучи отбеленных тряпок, которыми мы накрывали миски с тестом.

– Эй, ну, – Джайлз похлопал меня по спине. – Я не в том смысле, что… то есть прости. Сэр Дженивер был… потрясающим. Никто бы никогда не назвал его высокомерным, или пустоголовым, или… Мири, прости!

– Все хорошо. – Я вытерла глаза, высморкалась и с грустной улыбкой глянула на его обеспокоенное лицо. – Ты не это имел в виду, понимаю.

Я снова задохнулась, и Джайлз, позволив мне уткнуться ему в плечо, поглаживал меня по спине, пока я не взяла себя в руки.

Даже Одо не стал кричать. Все-таки я не в первый раз расклеивалась в пекарне, когда что-нибудь напоминало мне об отце. А такого доброго наставника, как Одо, наверное, еще поди сыщи. Когда Лисс, ответственной за чистку овощей, разбил сердце ветреный подмастерье камнетеса, Одо попросил кого-то оставить рядом с ней кучку чистых тряпок, чтобы Лисс, если нужно, могла остановиться и поплакать. А еще он никому не позволял ее дразнить.

Горло перестало сдавливать, я смогла вздохнуть и отстранилась от Джайлза. Он последний раз похлопал меня по плечу, и мы вернулись к работе.

Когда Одо меня отпустил, я уже здорово устала, а мой трудовой день еще только начинался. Я умела читать и писать и потому должна была помогать в подготовке к крещению. А если бы не оно, я просматривала бы отчеты из своего поместья вместе с папиным сенешалем.