Наша вина

Я выбралась из постели и быстро оделась. Нужно проверить, смогу ли я выйти из дома, прежде чем кто-нибудь встанет и увидит, как я ухожу. Я даже не собиралась говорить Луке о том, что иду на пробежку. Мне нужно побыть одной, наедине со своими мыслями. Но больше для того, чтобы подготовиться к встречам с Николасом в течение следующих дней, и не только: нам ведь придется идти рядом до самого алтаря.

Пробежка была чудесной, утро, к счастью, пролетело быстро: нам пришлось сделать тысячу вещей, гости все еще прибывали, и нужно было подготовить предсвадебный ужин.

Чертов предсвадебный ужин.

Я не видела ни Николаса, ни Стива со вчерашнего вечера, и в эти минуты ждала вместе с родителями Дженны, когда она спустится с Лайоном, чтобы поехать к винограднику, где состоится свадьба. Те из нас, кто участвовал в церемонии, должны были отрепетировать выход. Если не сделать этого сейчас, вечером можно не успеть.

Как только Дженна и Лайон спустились по лестнице, входная дверь открылась, и появился аккуратно одетый в широкую белую рубашку и джинсы Николас.

Я не знала, чем он занимался все утро и остаток вчерашнего вечера, но было совершенно ясно, что его главной целью было избегать меня.

– Ник, наконец-то ты пришел, я уже начала волноваться, куда ты пропал, – сказала мать Дженны, подходя к нему и целуя в щеку. Ник с трудом изобразил улыбку, чтобы ответить ей, и, напрягшись, начал крутить ключ от машины между пальцами.

Дженна встретилась с ним взглядом, и я снова почувствовала тошноту.

Черт, это настоящий ад.

Выйдя на улицу, мы поняли, что нас слишком много, чтобы ехать в одной машине. Были родители Дженны, мать Лайона, женщина с искренней улыбкой, которая поделилась со мной своим особым рецептом яблочного пирога, Лайон, Дженна и ее двоюродный брат, которому было не больше пяти лет, – он понесет кольца. И, конечно, Ник.

Нас было восемь и оставалось только молиться, чтобы меня не посадили в машину с Ником, но безрезультатно: родители Дженны и мать Лайона направились к «Мерседесу» рядом с другими припаркованными там машинами.

Я посмотрела на Дженну, которая, держа за руку своего кузена, подошла ко мне с серьезным лицом.

– Дженна, даже не думай, – сказала я, начиная злиться. – Николас совершенно ясно дал понять, что не хочет быть рядом со мной, поэтому я и не думала садиться с ним в машину. Об этом не может быть и речи.

Подруга посмотрела на меня с виноватым выражением лица.