Ты подчинишься

Не позволила себе даже дернуться.

Молодец.

Закрутил винт и напоследок пошатнул грузики, приводя их в движение. Оленька тихонько застонала, а ее бедра сжались, наверняка пытаясь справиться с возбуждением.

Выпрямился, занявшись крюками. Их следовало прикрутить к потолку, накинуть на них веревки и связать Орлову.

Пока вставал на имеющийся здесь стул, чтобы заняться приготовлениями, большая шишка в бизнесе молчаливо ожидала, гипнотизируя пол перед собой.

Закрутил крюки, вернулся к столу, на котором ожидала веревка.

Сложил ее концами друг к другу, пропуская через ладонь. Нужно проверить, нет ли заусенец. Моей целью было доставить боль другим способом.

Любые веревки сразу из сексшопа я дорабатывал.

Сначала обязательная дезинфекция через варку в течение двадцати пяти-тридцати минут. Иногда добавлял в воду чай для дубильного эффекта. После веревку следовало растянуть и просушить. Следующий пункт – опаление возможных волосков, которые выбились из общей структуры, над газовой горелкой.

Да так, чтобы не подкоптить основное волокно. Последний пункт – масло. Пропитывал им строительную перчатку, надетую на руку, через которую пропускал все семь-девять метров для шибари.

Можно было, конечно, воспользоваться воском, пропуская канат между двумя кусками, а после отправить в микроволновку, чтобы воск растаял и впитался, но я предпочитал масло.

К тому же после каждой сессии нужно было вывешивать ее просушиться, а после отправлять в тканевый мешок, чтобы убрать в шкаф.

Я чутко следил за тем, чтобы каждый этап был соблюден. Этакий пунктик на правилах.

Убедился, что веревка не нуждается в дополнительном смазывании, вернулся к Ольге, дергая за поводок.

– Ложись на спину. Ноги согни к животу.

Она тут же исполнил требуемое, а я начал методично обвязывать ее бедра вместе с голенью прямыми узлами.

Прокрутить веревку вокруг, оставляя два пальца между ее ногами и сами канатом, сделать два оборота, завязать два узла. И так с каждой стороны.

Далее – руки. Сегодня они будут связаны у нее со спины.

Потянул за поводок, заставляя Олю вновь принять сидячее положение. Из-за того, что грузики снова сместились, оттягивая соски, она стиснула зубы и застонала.

Потянулся, чтобы огладить ее живот и скользнул ниже, к сочившимся соком складкам. Возбуждена. Очень.

Орлову возбуждала боль. Только боль. Она испытывала кайф от того, что Дом ее принуждает и делает то, на что другие мужчины не способны.