Герои умирают

– Ты права, это не помешает. Зато помешает множество других причин. Последний вопрос: награда за мою голову – ты наверняка слышала. В чем меня обвиняют? И как они узнали, что я буду сегодня в городе?

– А вот это тайна. Знаю только, что на улицах кричали об этом вчера, уже на закате. И еще – что ты нужен им живым.

– И это все?

Кирендаль пожала плечами и насмешливо улыбнулась:

– Ну, раз тебе так не терпится, то Граф Берн сейчас здесь, на первом этаже, играет в кости. Сходи к нему да узнай.

– Берн?

Нахальство Кирендаль как ветром сдуло: смертельная ненависть, которая накрыла лицо Кейна как грозная черная туча, ужаснула ее больше, чем все его прошлые угрозы. Казалось, что все воображаемые Кейны, которые плясали и кувыркались в пространстве комнаты вокруг него, со скоростью мысли вернулись в его тело, сделав его столь пугающе настоящим, что оно как будто вспыхнуло изнутри кроваво-красным огнем.

– Берн здесь? Прямо сейчас?

Медленно он поднял обе руки на уровень лица и смотрел, как сжимаются в кулаки его пальцы.

– Что ж, может, и спрошу. Может быть, именно так я и сделаю.

И без малейшего просветления Оболочки, без всякого предупредительного движения он исчез: вышел из комнаты, точнее, выскочил с такой быстротой, на какую не способны простые смертные, – только что был здесь, и вот уже нет, как будто тьма поглотила огонек. Яркий желтый свет мелькнул и погас – это открылась и вновь закрылась дверь, точно опустилось и вновь поднялось веко.

Кирендаль еще долго сидела молча, переводя дыхание и успокоительно поглаживая дрожащую Тап.

– Я его ненавижу, – бормотала та, уткнувшись головой в грудь подружки. – Хоть бы Берн его убил!

– Или бы они убили друг друга, – тихо добавила Кирендаль. – Не думаю, что без них мир был бы намного хуже.

Она легонько коснулась окаймленного розовым разрыва в крыле дриады:

– Сможешь лететь?

Тап подняла залитую слезами мордашку и потерла щеку крошечным кулачком.

– Наверное, да. Думаю, что смогу, Кир, хотя будет больно.

– Тогда лети. Сначала к Чалу. Он подлечит тебе крыло. Найди троих из твоего народа, скажи им, что Кейн здесь: пусть летят в гарнизон, к констеблям, и в дом Берна, к Котам.

– Ты сдаешь его? А я думала… – Дриада шмыгнула носом. – Я думала, он тебе нравится.

Кирендаль ответила рассеянной улыбкой:

– Нравится.