Герои умирают

Из-за спины Хари возник слуга в жилете, подпоясанный широким кушаком, с подносом в руке. На подносе стояла крошечная порция виски.

– Лафройг, не так ли?

Хари кивнул и взял виски.

– Э-э-э… Кейн?

Хари вздохнул:

– Называй меня Хари, ладно? Все забывают, что у меня есть имя.

– А-аф… э-э-э… Хари. Да. Просто я хотел сказать, что я твой фанат, я даже, знаешь, это… а, хотя ладно.

– Вот и хорошо.

Однако слуга – кажется, его звали Андре – не ушел, а продолжал маячить поблизости. Хари, глядя на девушек в бассейне, медленно глотнул виски.

Слуга кашлянул и продолжил:

– И конечно, я покупаю только твои кубики. Один раз я даже был первоочередником – пару лет назад, когда Бизнесмен Вайло брал нас с собой на каникулы. Это было круто – мы, конечно, не могли быть тобой, это слишком дорого, но мы были парнем, который называл себя Йотуреем Призраком. Ты его помнишь?

– А что, должен? – спросил Хари, которому сразу стало скучно. Почему-то люди думают, что все Актеры непременно должны знать друг друга.

– Да нет, наверное… просто… я не знаю. Ты убил меня, вернее, его в Анханане, в Крольчатниках.

– А, да. – Хари пожал плечами. Он действительно вспомнил шум в Студии, который поднялся после того Приключения. – Этот парень два дня шел за мной следом, прежде чем я напал на него. Откуда мне было знать, что он Актер? Будь у него мозги на месте, держался бы от меня подальше.

– Так ты даже не помнишь?

– Я много кого убил.

– Господи… – И слуга, заговорщицки подавшись к Хари, дохнул на него красным вином – теперь понятно, отчего он такой смелый.

 – Знаешь, иногда я даже мечтаю стать тобой… ну, то есть Кейном, понимаешь?

Хари хрюкнул от смеха:

– Ага, представляешь, я тоже.

Слуга нахмурился:

– Не понял?

Хари сделал еще глоток виски – разговор становился интереснее. В конце концов, лучше уж трепаться с фанатом, чем пережевывать в который раз жвачку своих мыслей.

– Мы с Кейном – не одно лицо, понимаешь? Я вырос в гетто Трудящихся в Сан-Франциско, Кейн – найденыш из Надземного мира.

Его отцом был паткуанский свободный крестьянин, который подковывал коней в своей общине и подрабатывал кузнечным делом. К двенадцати годам я стал карманником, но только потому, что был слишком мелким для грабителя. Кейна в двенадцать лет продали работорговцу из Липкана: пришел Кровавый голод и вся его семья медленно умирала.

– Но это же все неправда, понарошку, так?

Хари пожал плечами, опустился на камень и устроился поудобнее.