Клинок Тишалла

– Ну, козлина, – пробормотал он, запуская толстые пальцы под край пластиковой маски, – посмотрим…

Он сорвал маску с моего лица. Вместе с ней сошло немного мяса.

– Господи! – выдохнул он с омерзением. – Ты же типа красавчик был?

Я невольно поднял руку к обезображенному лицу, и Боллинджер швырнул меня наземь. В последний миг я ухватился за стену и сполз по ней, оставляя на кафеле кровавые следы, чтобы, задыхаясь, уставиться на них, точно эти сдвоенные алые полосы таили спасительную для меня тайну.

Боллинджер пнул меня в живот с такой силой, что тело мое оторвалось от пола, и отступил, давая приятелям возможность развлечься.

Я услышал мокрый хруст, словно выбили прогнившую дверь. В тот же миг чей-то башмак обрушился мне на голову – и все потемнело.

Последним, что запомнилось мне, стала камера наблюдения в углу под потолком. Диод-индикатор, который светится алым, если камера включена, был черен, словно вороний глаз.

14

Когда смотришь запись боя в сортире, сильнее всего поражает, насколько быстро движется Хари.

Скорость и противоестественная точность – будто танцор исполняет заученные па.

Я еще падаю на пол после пинка Боллинджера, когда он вылетает из-за края экрана в прыжке, в блоке с подсечкой, бедром бьет по колену ближайшего боевика. Колено гнется вбок, издает тот ломкий хруст, что я приписал двери, и боевик – Ян Колон из Мадрида, как я узнал позже, – падает, от шока даже не ощущая боли.

Минус один.

Боллинджер пинает меня еще раз; он еще не понял, что случилось.

На экране я лежу без сознания, свернувшись клубком вокруг сломанных ребер. Еще один кореш Боллинджера – Пэт Коннор из Дан-Лаогхайра, это пригород Дублина, – разворачивается, поднимая свое оружие – полметра стальной трубы. Хари прыгает на него, стискивает его горло руками, а торс – коленями. Спина Хари обращена к камере, что он делает – не разобрать, но Коннор пару раз успевает огреть его трубой, а Хари даже не замечает.

Потом Хари отпускает его, Коннор с воем роняет трубу и, шатаясь, отходит, закрыв руками лицо.

Между его пальцами стекает кровь. Когда мы просматривали запись, я уже знал, что Хари воткнул ему палец в левую глазницу так глубоко, что разорвал мышцы глазницы.

Минус два.

Собственно, минус три, потому что Энтони Джефферсон, стоящий на стреме, пришел развлечься после обеда на тихий, безопасный мордобой. Позднее он утверждал, будто Боллинджер собирался отмутузить меня только для острастки.