Руки, полные пепла

Что-то было в его голосе, равнодушном и холодном… Софи подумала, что им ничего не грозит не потому, что опасности нет, а потому, что ее сдержат.

Когда они вчетвером оказались в кабинке лифта, несущейся наверх, Софи наконец-то поняла причину этого ощущения. Ей как будто было тесно, словно не хватало воздуха. Она прислонилась спиной к зеркальной поверхности задней стенки и краем глаза заметила, что Сет и Неф сделали то же самое.

А перед сомкнутыми дверцами стоял Гадес, и его невидимая сила словно размазывала остальных по зеркалам, тонким слоем по внутренней поверхности лифта.

Софи не видела, чтобы что-то изменилось, но ощущала это в самом воздухе.

Когда Гадес вышел из распахнувшегося лифта, его шаги, скрадываемые пушистым алым ковром, не были шагами хищника. Это была плавная походка самой смерти. Бесшумная, вкрадчивая и убийственная. Его шаги – последний шелест, который ты услышишь в жизни.

Ничего не изменилось в облике Гадеса. Он просто шел вперед, а Софи старалась держаться поближе к Сету и Неф.

Но Гадес шагал неумолимо, и Софи не сомневалась: если бы кто-то попался им на пути, кости несчастного могли превратиться в пыль от одного взгляда.

Гадес толкнул дверь номера, но она оказалась заперта. Он даже не остановился, просто сделал едва уловимое движение рукой, и замок вместе с ручкой прахом осыпался на ковер.

Софи ойкнула. И прежде чем прошмыгнуть в номер за остальными, пригляделась к пыли на ковре и невольно провела пальцами по двери – в том месте, где теперь осталась аккуратная дыра.

Неф уже зажгла свет, Сет вполголоса ругался, но Гадес молчал, и это пугало Софи больше всего остального – до того момента, пока она не увидела, что посреди комнаты на ковре лежит юноша.

Он казался совсем юным. Босой, в одних джинсах, рубашка небрежно валялась в кресле – как будто он собирался в душ или переодевался, но что-то его отвлекло. На фоне грязно-серого ковра юноша выглядел особенно бледным.

– Он жив? – спросила Неф негромко, ее голос дрожал.

Но Гадес не торопился проверять.

Он огляделся, и, Софи была готова поклясться, тени в углах зашевелились. Сет уже опустился возле юноши на колени, касаясь его кончиками пальцев, что-то шепча, хотя Софи не могла разобрать ни слова.

Вскинув голову, Сет посмотрел на все еще недвижимого Гадеса:

– Помоги ему!

Не отвечая, тот тоже опустился на колени перед юношей, который, видимо, и был Амоном. Теперь они сидели по обе стороны от него, и Софи хорошо видела, что происходит.