Бодхисаттва. Китайская сказка о любви

В Северной, может, тоже есть эта милашность, но узнать о ней дано далеко не многим, – заметила подкованная в делах политических Олеся.

– И сколько тебе платят за подработку?

– Священник попросил меня преподавать и сказал, что Бог потом меня отблагодарит за помощь.

– Она в такой холод ездит на велосипеде в какой-то злачный район, и ей за это еще не платят! – Тамара всплеснула руками, удивляясь несправедливости нашего мира.

– Тамар, не возмущайся. Тебе бы в организации по борьбе за права человека работать.

– Сегодня, правда, очень холодно, даже если как следует перекрутиться шарфом. – Поэтому пришлось прибегнуть к крайним мерам, – вступила в беседу Кристина.

– Интересно, что это у Вас за методы обогрева? – деловито поинтересовалась Олеся.

– Ладно, ладно, – хихикнула Кри, – я предложила выпить немного Бейлиса перед дорогой. Надеюсь, твои ученицы не почувствовали прекрасного градусного аромата.

Тамара саркастически улыбнулась:

– Хорошо, подытожим: в темный вечерний час, когда все китайские студенты добросовестно жевали цветную капусту в столовой, Мэй, под предлогом разогрева, отхлебнув Бейлиса прямо из горла, села за руль велосипеда без тормозов и отправилась в детский сад, заметьте непростой, а при церкви, чтобы, будучи уже нетрезвой, обучать пуританок праведниц китаянок развратному испанскому танцу страсти.

Да, Бог, конечно, за такое тебя отблагодарит.

Кристина так и брызнула недопитым кофе от смеха.

– О, Боже, Тамара! Ну, ты умеешь все выставить в лучшем свете.

Давай дальше. Что у нас на повестке. Не будем обсуждать только мои дела. Как у тебя прошел урок пения с умопомрачительным преподавателем? – я торопливо перевела тему.

– Неважно.

– Почему?

– Потому что умопомрачительный преподаватель помрачился умом.

– От красоты твоей обезумел бедняга, – сочувственно вздохнула Олеся, доедая последнюю печенюшку из палетиэленого пакетика.

– Говорит: «А теперь я научу тебя дышать».

– Ладно, хоть не искусственное дыхание собрался делать.

– Положил руки мне на грудную клетку и, как врач, командует «дыши-не дыши».

Я и так уже стою, совсем не дышу.

– Такими темпами ты скоро запоешь как оперная певица, – с тревогой посмотрела на Тамару Кристина.

– Или как певица Пекинской оперы… – игриво подхватила Олеся.

Телефон на моих коленях весело запрыгал, как будто радуясь, что, наконец, прилетело сообщение от Шэнли. «Никто не заметил, уф…».

– Девочки, у меня дела, вы продолжайте совещание, я подойду позже.