Ужасное сияние

Зато у него теперь снова есть рот.

– Это было… – звучит вместо «спасибо».

– Необходимо, —перебивает она и быстро добавляет: – Уже всё. Верно?

Фрагмент, похожий на полусгнившую дыню, вздрагивает, шевелятся какие-то наросты и мембраны. Должно быть, это кивок. Она пытается вспомнить, как выглядел брат прежде – они близнецы, родились с разницей в два часа, но он всегда выглядел старше: рослый, широкоплечий, в юности был спортивным, с возрастом располнел, стал тяжеловесным и грузным, но всё равно, пожалуй, располагал к себе – у него получалось убеждать людей лучше, чем у неё.

Её свет способен вернуть ему прежний облик.

До сих пор он не хотел вмешательства: «Есть нечто более важное».

«Уже нет».

– Всё ведь закончено, да? – словно в ответ, пол под ногами в очередной раз вздрагивает. Она подходит к окну, убирает жалюзи, впускает ночь, свежий воздух и напряжённую темноту.

Он медлит.

Он хотел бы сделать больше, сестра хорошо знает брата, хотел бы спасти всех, даже запретил лечить его, пока люди готовились к неминуемой катастрофе, а она – сдерживала спрогнозированный апокалипсис из последних сил.

– Пожалуй, – произносит он с усилием. – Ты ведь пришла сказать, что…

– Больше не могу. Вот.

Рукав тёмного костюма скользит по лицу, размазывает верхний слой грима вместе с нижним, выпуская наружу слепящее зарево.

– Сколько укрылось в городах? – прорезь рта распахивается глубокой раной.

– Около двадцати миллионов. Это мало, знаю. И всё же…

– Человечество выживет.

Она кивает.

Смотрит в темноту, где уже начинают зажигаться изуродованными разросшимися звёздами ярко-зелёные шары. За несколько минут вспышки заполняют небо. Мгновение – и рухнут вниз фотонами-переростками, частицами размером с футбольный мяч, внезапно обретшими массу покоя; невозможное с точки зрения физики явление.

Она снимает перчатки – её руки тоже свет.

«Невозможное».

– Базы данных по этой твоей «всеобщей истории всего» спрятаны под землёй. Техника сработала. Мы наверху. В смысле… в воздухе. Купола полисов активированы. У тебя получилось. Ты спас мир.

Груда мяса булькает. Вероятно, это усмешка.

– Всё-таки мы виноваты.

– Могло быть хуже. Ядерная война, например.

– Ты оптимистка.

– Да. Я знаю, что впереди. Всё изменится, но продолжит существовать – благодаря тебе, благодаря… нам.