Ужасное сияние

 – Помнишь инструкции?

– Так точно. Следовать за вами, най-рисалдар Норт. Не отставать, не уходить влево или вправо, не опережать.

– Если почуешь алада первым…

– Докладывать вам, сэр.

Дрейк хлопнул парня по всё ещё тощему, но теперь скорее жилистому, чем костлявому плечу. Можешь, мол, когда захочешь.

Их выпустил робот-«привратник» и часовой, который украдкой зевал в кулак. Дрейк показал пропуск: обучение. Раптор Нейта жался к механизму наставника, пару раз едва не ткнулся «мордой» кабины в «хвост», затем дистанция выровнялась.

Предутренняя прохлада оседала дымкой конденсата на стекле, олеофобное и влагоотталкивающее покрытие растворяло непрошеную влагу. Внутри раптора поддерживалась стандартная комфортная температура, но снаружи, Дрейк знал, холодно до зубного стука. Шаги механизмов глухо тарабанили о песок, ряски стало меньше, а аладовой травы – больше, желтоватые пятна словно выжигали более тёмную поросль.

– Видишь? – спросил Дрейк.

– Угу, – Нейт откликнулся сразу. – Прошлый раз аладовой травы было меньше.

– Ну, она не совсем бесполезная. Животные могут её есть. По сути, это скорее вроде мутации. Учёные в Интакте изучают эту траву и то, как она влияет на живность.

– И как?

– Понятия не имею, – честно сознался Дрейк.

Периметр он определил заранее. Это была относительно спокойная зона, если они и встретят алада – «кузнечика», не более того. Мерное движение убаюкивало, судя по тому, что раптор Нейта сбивался с шага, тот и впрямь клевал носом. Дрейк привык: он мог спать и вести механизм одновременно, но этому учатся далеко не на первом году службы.

Его подкинуло, привыкнуть к этому было нельзя. Когда-то Дрейк сравнил это ощущение с нехваткой воздуха в шахте, Леони – с ожогом от крапивы, только не на коже, а где-то в кишках. Некоторые рапторы кричали от боли. Другие жаловались на тошноту, головную боль, зуд в костях.

Общее одно: каждый знал это. Нейт тоже понял: остановил механизм. На прозрачном экране всплыло встревоженное лицо:

– Дрейк!

– Да.

Ну, я обещал.

Нейт моргнул.

– Типа, я не боюсь. Я их видел. А они меня нет, гы, – видимо, у Рыжего побочным действием «предчувствия» были нервные шуточки. – А теперь чего?

– Ты же знаешь. Ориентируйся по приборам, но вот это, – он тронул горло, с усилием втянул воздух, – главное. Я прикрою.

«Единичка. Но лучше поторопиться, разрыв не очень свежий, будет скоро «двойка».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».