Жан-Жак и его истории

Каждый вечер истощенный мученик умирал, а потом рождался вновь, словно воскресая. По привычке, Жан-Жак искал утешение в книгах. Сохранилась лишь только одна. Слишком потрепанный для продажи сборник произведений М. Ю. Лермонтова. Он часто открывал страницу наобум и перечитывал строки в поисках сочувствия, чтобы не потерять веру. Ибо именно вера дает опору даже тогда, когда ничего больше нет. Сохраненная книга и превратилась для него в своеобразную икону… а еще он записывал на полях свои стихи и мысли, не перестававшие стекать с его бесшумных уст.

Частыми посетителями молодого писателя стали боли в сердце. Вместе с ними уходило дыхание, глаза затуманивались темным. Но потом умирающий вновь приходил в себя и чувствовал, как открывалось второе дыхание. Деваться-то было некуда! Он познал, что когда люди смотрят прямо в лицо смерти, им почему-то сильно хочется жить. Без всякой на то причины. Жан-Жак словно восставал из мертвых, только вот зачем он не понимал.

Полина за неимением денег продала все его подарки, кроме плюшевой игрушки, которая спала подле нее.

Ее здорово выручали цветы – они до сих пор приходили каждый вечер пятницы (Жан-Жак умудрился оплатить все поставки на четыре года вперед). Теперь уже не курьер ожидал ее у выхода, а она сама специально приезжала к Большому театру, чтобы получить букет от «неизвестного адресата». Потом эти цветы быстро уходили с рук на улице, а на вырученные деньги можно было купить что-нибудь полезное.

Первого сентября Жан-Жака ждал очередной сюрприз: его уволили.

Заменили, наняв более опытного педагога с должным образованием. Оставалась биржа труда, но там встречали словами: «Ждите, так быстро дела не делаются!», а на последующие вопросы раздраженно отвечали: «Нет, ну а что Вы хотите?! В стране бардак!».

Вскоре должника выставили из арендуемой комнаты за неуплату, пришлось ночевать на вокзале. На утро посетитель биржи не постеснялся заявить, что стал бомжом. Что ничего и никого у него больше нет, кроме голода, который встречает с распростертыми объятиями каждый вонючий день.

По его виду работники поняли – говорит правду.

Как-то раз возле колонн Большого театра Полину случайно заметил знакомый балетмейстер из Испании. Это был тот самый мужчина, который когда-то восторженно сравнивал ее с Плисецкой, друзья звали его г-н Хосе. Они разговорились, и Хосе предложил балерине ехать с ним за границу. Полина умела молчать и производить впечатление, а ему как раз нужна была красивая и неглупая балерина.