Привет из 70-х

Мы не хуже тебя знакомы с Эйвонским бардом, – заявил коротыш, нагло ухмыляясь.

– Ты лучше расскажи нам, чумба, чем можешь поделиться с тремя страждущими собратьями? – они столпились вокруг меня, не давая прохода.

– Отвалите на хрен. Дайте пройти! – ляпнул я, хотя программа самозащиты, встроенная в ком, твердила мне совсем другое: «Не говорите с незнакомцами! Проходите мимо! Бегите как можно скорее! Не поддавайтесь на провокацию!»

– У-у-у, – промычал мужик с кривым носом. – Напросился…

Патлатый парень шагнул поближе и со всей мочи ударил меня в солнечное сплетение.

Я согнулся вдвое, непроизвольно схаркнув на бетонную дорожку. Еще один удар ботинком, отозвавшийся резкой болью в бедре, и я повалился на тротуар. Двое остальных принялись мутузить меня ногами, и я прикрывался локтями, чтобы защитить голову. Надо было послушаться совета программы и улепётывать, пока предоставлялась возможность! Я ведь даже никогда в жизни не дрался! С чего бы мне хотеть так рисковать?

Небольшая коробочка размером с сигаретную пачку вынырнула из-за пазухи пигмея, и он принялся водить ею вдоль моих рук, бедер, вдоль торса, разыскивая место на моем теле, куда крепился ком, – я не знал, что существуют такие модели, способные подключаться к индивидуальной системе другого человека и помимо его воли считывать данные, вторгаться в область персональных данных и – о Милосердный! – переводить средства с твоего банковского счёта на счета подставных призрачных фирм под разными благовидными предлогами и по фальшивым назначениям платежей, откуда дубли мгновенно исчезали, растворяясь в небытие, пока не оседали на неведомых легальных счетах.

Красная лампочка в голове надсадно ревела. Я извивался всем телом, стараясь уберечься от ударов и в то же время пытаясь отвести от себя ком-шпион.

– Может, просто отберёшь его ком, а мы его как следует взломаем и обработаем позже? Чего сейчас возиться с ним? – предлагал патлатый.

– Сейчас ты, мужик, будешь ползать в луже собственной крови, – продолжал коротышка, водя по мне суперкомом; я вдруг увидел его лицо, нависшее надо мной с выпученными глазами и расплывшееся в ядовитой ухмылке: от него воняло кариесом, и между двумя передними зубами зияла широкая щель.

 – Ты щас будешь звать мамочку на помощь, чумба, говори, где ком? Давай его сюда! В зад, что ли, себе засунул? Сам достанешь, или мне его оттуда выковырять ножиком? Ага, кажется…

– Развлекаемся, ребята? – раздался зычный басистый голос, не похожий на остальные.