Цитадели гордыни. Принц стужи

– Ага, грыз гранит науки, а в перерывах нажирался, как свинья, и спешил залезть на очередную уступчивую кобылку, – с ухмылкой выдал Дмитрий.

Засранец. Я крутанулся на месте, отбил подведенное слишком близко лезвие и попытался провести контратаку.

И едва успел увернуться от встречного удара. Чужой фамильяр прошел буквально в паре сантиметров от тела.

Шустрый, блин.

Да, это тебе не слабо подготовленных дилетантов вязать. Не успеешь опомниться, как нашинкует и подаст на обед.

Блок и сразу плавный переход в другую стойку.

Качнулся маятником, уходя от широкого взмаха по горизонтали. Попытался ударить стопой, метя в коленную чашечку, и тут же в очередной раз чуть не подставился.

Едва-едва успел разорвать дистанцию, соскальзывая назад.

– Устал? Может, дать отдышаться? – продолжал изгаляться Дмитрий.

Вместо ответа я раскрутил атакующую связку, закончившуюся хитрым ударом в район бедра.

Лезвие чиркнуло, оставив отметку на кевларовой вкладке.

– Неплохо, – похвалил Билецкий.

И тут же ринулся в новую атаку.

Замелькали с сумасшедшей скоростью клинки, сталкиваясь, рождая приглушенное звяканье. Белый сплав играл на солнце тусклыми искрами, возникающими при особо сильных ударах.

Учебный поединок продлился около получаса. Мы то сходились, то расходились, кружа по арене. В сухом остатке, стоило признать, я неслабо уступил в итоговом результате.

На каждый мой укол, обозначавший легкое или среднее ранение, в ответ следовало не меньше двух, а то и трех попаданий, как правило смертельных.

И впрямь непозволительно расслабился. Потерял форму. Ладно, еще жиром не заплыл.

– Тебе надо возобновить тренировки, – фамильяр Дмитрия медленно втягивался в руку, принимая форму широкого браслета.

– Я уже понял, – огрызнулся я с досадой.

Чувствовать себя побежденным неприятно. Он меня буквально измочалил в последние минуты. Размазал, не оставив не единого шанса.

Обидно, блин. Да что поделать, сказывался долгий перерыв. Приходилось признать, что без регулярной отработки вживую навыки боя имели нехорошее свойство забываться.

Не в том смысле, что ты становился неуклюжим увальнем. Дело в ином. Без практики тело расслаблялось, отвыкало находиться в тонусе.

И это что касается обычных тренировок. Реальный бой совсем другое. Когда от каждого движения зависит жизнь, действуешь на пределе возможности, выкладываясь по полной. Потому что в ином случае – сдохнешь.

Реальный боевой опыт ничто и никогда не заменит. Факт.

– Пойдем, освежимся.