Цитадели гордыни. Ученик

 – Утомлять подробностями ТТХ не буду, скажу лишь, что в производстве активно используются наработки военно-промышленного концерна семьи Демидовых с применением сплавов, обработанных магией, а также другой нетрадиционной составляющей.

Полина, не сдержавшись, громко хмыкнула. Парень моментально на нее посмотрел.

– Нетрадиционная составляющая – это вовсе не то, о чем ты подумала. Так иногда называют применение магических технологий в составе обычных механизмов.

– А почему в армию не поставляете? – спросил Сергей, с нарастающим интересом осматриваясь и глядя на обстановку внутри уже по новой.

– В российскую? – Игорь пренебрежительно махнул рукой. – Для армии численностью в несколько сотен тысяч человек «Цербер» слишком дорог. Точно цену не скажу, но она определенно не по карману для МО РФ. Как и большая часть вооружений, выпускаемых кланом Демидовых. Ее закупают только всякие спецуры в ограниченных количествах. Алхимия с конструктами на магооснове слишком затратная вещь.

Я нетерпеливо поерзал.

– Так куда мы все-таки едем? Выдернули из больницы, силой притащили сюда. Какое-то нехорошее предчувствие от этой внезапной поездки. Как бы не на расстрел везли.

Попытка пошутить в последней фразе вызвала не совсем ту реакцию, что ожидалась. Вместо нервных смешков, все дружно замерли, уставившись на серую стенку, что отделяла десантный отсек от водительской кабины.

Никакого у людей чувства юмора…

Спустя какое-то время Игорь перегнулся через сиденье и нажал на одну из кнопок вытянутой длинной панели, видневшейся на перегородке.

С легким жужжанием с потолка опустилось сразу три плоских экрана, сейчас ничего не показывающих, кроме мельтешения бесцветных помех.

– Камеры отключили. Попробую единую боевую сеть.

Еще через пару секунд он откинулся обратно.

– Все вырубили. Ничего не пашет. Нас наглухо отрезали.

Отлично. Стоило начинать волноваться? Что-то мне колдуны все меньше и меньше нравились.

Дальнейшая дорога прошла в полном молчании. Поняв, что хозяева ведут себя весьма негостеприимно и неизвестно, что будет в конце пути, вся пятерка пассажиров крутого броневика совершенно лишилась желания к общению.

Когда машина наконец остановилась и задняя аппарель медленно опустилась вниз, я вылезал наружу с определенной опаской, не зная точно, чего ожидать.

И почти сразу же замер в остолбенении.