Цитадели гордыни. Владыка холода

Тридцать кукол с неотвратимостью судьбы медленно следовали по узкому городскому проспекту, сжирая и убивая на своем пути все живое. Невидимые нити тянулись от них к чернокожему магу, делая мертвецов полностью послушными его воле.

В душе хунгана царила радость и торжество над бегущим врагом. Получилось! У них действительно получилось!

Неизвестные доброжелатели не подвели. Они сделали все точно так, как обещали великому вождю. Ровно в полночь неподалеку от берега прошли сухогрузы, сбрасывая в воду раскладные самоходные баржи.

Белые. Они на протяжении веков резали, убивали, издевались, обращали в рабство беззащитное население черного континента. А когда наступила так называемая «эра гуманизма», принялись исподтишка морить голодом, насылать болезни и делать все, чтобы гордая Африка никогда не смогла высоко поднять голову.

Сегодня наконец наступила долгожданная расплата за причиненные злодеяния.

– Аййааррр!!! – не в силах сдержаться, возопил уже не молодой Аянга, потрясая тонким копьем, украшенном костями убитых противников.

Повинуясь мысленному приказу, куклы ускорили шаг, проходя по мощенной булыжником улочке, помнящей времена раннего средневековья.

В условиях солнечного ясного полдня мертвецы, наряженные в грязные лохмотья, смотрелись гротескно и совсем не выглядели настоящими. Поначалу жители приняли негритянские толпы за костюмированное представление и с удовольствием останавливались, чтобы посмотреть на занятное зрелище.

Но очень скоро люди поняли, насколько ошибались, стоя с улыбками на обочинах дорог. Первые оторванные конечности, первые укусы и самое важное – первая кровь, щедро плеснувшаяся на старые мостовые, привели горожан в чувство и вынудили без памяти бежать от страшных пришельцев.

Вспомнив налитые диким ужасом глаза какой-то белой толстухи, когда одна из кукол начала прямо на глазах хозяйки пожирать только что оторванную жирную ляжку, хунган мечтательно причмокнул мясистыми губами.

Как же это здорово, еще никогда за всю свою жизнь он не чувствовал себя более счастливым, чем сейчас.

Впереди раздались сухие щелчки множества выстрелов. Появились первые признаки сопротивления. На одном из перекрестков у трехэтажного здания с вывеской, оповещающей на английском, что здесь находится банк, завизжав тормозами, остановились две сине-белые машины с мигалками.