Странствия алхимика

Хотя какая на самом деле разница?

Между тем на палубу высыпали остальные путешественники. Сразу стало шумно и тесно.

Девушка неопределенной сферы деятельности (вооружена, мужская одежда – может наемница? черт его знает, плохой из меня «чтец людей») скользнула по багрово-алым нагромождениям камня равнодушным взглядом (уже видела, и не раз, судя по реакции), оглядела пустой горизонт на предмет парусов других кораблей и, так ничего не сказав, нырнула обратно в надстройку.

Интересный у нее на поясе клинок. Палаш-мачете.

Выглядит тяжеловато для стройной фигурки, не отличающейся особыми физическими кондициями. Чужое оружие? Возможно. А так симпатичная. Темные как смоль волосы, правильные черты лица, слегка заостренные, кожа белая, чистая. Явно не кухарка и не крестьянка. Да и на воина не тянула, если уж на то пошло. Больно хрупкое телосложение для профи-бойца на мечах.

В любом случае она, несомненно, видела Кровавый риф раньше, для нее он совсем не диковинка. А следовательно, плавала здесь, как минимум по маршруту Саграса – Хорс.

Надо сделать зарубку на память, на всякий случай.

Благородная дама в летах (считай старушка) тоже не высказала особых восторгов. Что-то пробурчала под нос и скрылась в дверном проеме, ведущем на вторую палубу. Ее гувернантка, смешливая девица лет двадцати, с явной неохотой последовала за хозяйкой. Судя по всему, ей риф в новинку.

Купец повел себя предсказуемо. Поглядел, покряхтел, осведомился у капитана насчет пополнения запасов еды (прямой намек на моллюски) и преспокойно отправился проверять груз.

Второй приказчик, сухопарый мужик неопределенных лет, потопал за господином. Другой, тот, что помоложе, остался на палубе, пялясь на покрытые красным ковром растений скалы с детским изумлением, едва не открыв рот.

Толстобрюхий жрец вылез наружу последним. Бочком протиснулся к борту, старательно обходя меня по широкой дуге.

Непонятно, и чего боится? В заплывших жиром поросячьих глазках так и светится некое опасение при каждом взгляде на мою невеликую фигуру.

– Долго простоим, капитан? – грудным басом, что отличает людей в теле, спросил священнослужитель неизвестного мне божества и уже в который раз покосился на меня.

Я почувствовал раздражение. Захотелось рявкнуть что-нибудь вроде: чего уставился, толстый? Не в Третьяковской галерее, шагай мимо!

– Недолго, – успокоил Махани.

Рулевой по его знаку принялся крутить штурвал, маневрируя. Матросы полезли наверх сворачивать паруса.