Сила крови V

Горсть песка летит мне в лицо. И тут же за ним мелькает выброшенная вперед нога. Чертовы армейские ботинки с высокой шнуровкой с ребристой подошвой целятся в коленную чашечку. Подлый удар, но невероятно эффективный, если попасть. Боль жуткая, шок гарантирован.

К счастью, чего-то подобного ожидаю и поэтому готов вовремя отставить свою ногу в сторону, не позволив дотянуться до колена. Противник медлит долю секунды и тут же взрывается серией ударов, стараясь смести мощным вихрем, в который на несколько мгновений превращается человек.

Мгновенно приходит понимание, что этой атаки не выдержать. Слишком силен напор, слишком велико желание другой стороны поквитаться за удачно проведенную атаку.

И в ту же секунду картина мира меняется. Восприятие становится другим. Все серое, и лишь удары, как красные всполохи опасности. Угроза, что возникает на полотне измененной реальности.

Знаменитый боевой транс Мещерских. Не обычное боевое безумие или нечто подобное, что по мнению многих должно помочь воину в бою.

А намного более эффективное средство, где эмоции играют последнюю роль.

Нет злости, нет ненависти, нет агрессии. Если ровное течение реальности находящегося в гармонии мира. И когда в эту гармонию алыми росчерками врывается угроза, ты должен избавить мир от нее. Убрать, чтобы вернуть привычную картину спокойствия.

Ты не убиваешь в этот момент. Ты возвращаешь миру гармонию. Эмоции отступают на задний план, они больше не превалируют над тобой. Ты спокоен и собран. Ты воплощение хладнокровия.

Все удары противника уходят в пустоту. Мои движения многократно ускоряются, появляется невероятная для обычного человека концентрация, где учитывается каждый миллиметр пространства для возможного маневра. И противник понимает, что в этом состоянии не сможет меня достать. Нужны как минимум боевые стимуляторы, которые дадут хотя бы немного уравновесить шансы. Но в учебном поединке они запрещены.

И следует очередной скачок – поединок переходит в иную плоскость – на магическую составляющую.

Первое боевое заклятье вплетается в очередную атаку так органично, что я едва не пропускаю удар. Плетение бьет чем-то похожим на россыпь серебристых иголок, создавая на песке, куда пришелся удар, заковыристый узор, напоминающий замерзшее в морозы окно.

Я не ругаюсь и вообще никак не реагирую на резкую смену формы поединка. Внутри тишина и покой, и боевые чары воспринимаются лишь еще одним алым всполохом, нарушающим гармонию мира.