Брокингемская история. Том 7

Брайтон вполне мог подобным образом сократить эти длинные слова… Идём дальше: Числа 27 и 29 – самые большие изо всей пятёрки чисел в третьей колонке. Возможно, Брайтону было известно, что поездка Холидея должна продлиться примерно четыре недели – а оба наших числа оказываются ближе других к этой величине… И, наконец, этим двум числам соответствуют две самые поздние даты окончания поездки – 25 и 26 сентября; Брайтон же звонил в "Большой Бен" двадцать шестого числа. Он узнал, что турпоездка во Францию заканчивается как раз в этот день, а поездка в Германию должна была завершиться лишь накануне.

Если Холидей отправился именно во Францию или в Германию, то днём двадцать шестого числа он мог ещё не успеть добраться до дома. Если же он ездил в три другие страны, у него было вполне достаточно времени, чтобы вернуться домой и связаться с Брайтоном… Теперь смысл последней записи Брайтона становится очевиден: Он обнаружил, что у его приятеля имеются причины не выходить с ним на связь – но лишь в том случае, если он купил турпутёвку во Францию или в Германию… Ну, что вы теперь мне ответите? – он вопросительно обернулся назад.

– Мы ответим вам честно и откровенно, – не стал скрытничать Маклуски, – Нам почему-то кажется, что вы где-то застряли и топчетесь на одном месте…

– Нет-нет! – опроверг Горенс, – Мы неуклонно продвигаемся вперёд! (Ещё минут десять – и впереди покажется автобусная остановка.)

– В прямом смысле вы, может быть, куда-то и продвигаетесь, – парировал Доддс, – А вот в переносном вы безнадёжно завязли во вчерашнем дне! Вы всю минувшую неделю потратили на расшифровку этих дурацких записей – а когда вы их наконец расшифровали, они уже давно потеряли всякую актуальность… Допустим, в прошлый понедельник Брайтон ещё мог надеяться на скорое возвращение Холидея из Франции или Германии.

Но с того дня минула ещё одна неделя – а Холидей до сих пор в Лондоне не объявился. Очевидно, что его задержка в Европе была вызвана отнюдь не поздним окончанием турпоездки…

– Может быть, у вас имеется очередная гениальная гипотеза насчёт причин его невозвращения? – поинтересовался у Горенса Маклуски.

– Гениальных гипотез у меня в голове – всегда навалом, – скромно признал Горенс, – Есть у меня и свои соображения насчёт Холидея… Но боюсь, мои рассуждения опять покажутся вам заумными! А посему я не рискну раньше времени засорять ими ваши мозги, – скромно улыбнулся он.

– Весьма похвально с вашей стороны! – одобрительно кивнул головой Доддс.

LXII.