Рождение Богов. Книга II. Иллюстрированный роман

В центр зала выпорхнули две девушки в коротких зеленых хитонах с бубнами в руках. Их головы украшали тяжелые венки из плюща, обвитые яркими лентами. Девушки изящно закружились в такт музыке. Невольно бросив на них взгляд, Пандора уже не могла отвести глаз. Ее захватил ритм. Синхронные, грациозные, отточенные движения словно гипнотизировали ее. Ей невольно захотелось слиться с мелодией, раствориться в ее волшебных звуках, отдать себя плавному течению танца. Она незаметно для себя опустошила чашу с вином, и виночерпий предупредительно наполнил ее снова.

Мужчины громко выражали одобрение. Похоже, музыка заворожила не только Пандору. Фрина спрыгнула с ложа и порхнула в центр зала. Танцовщицы, не прерывая выступление, умело и споро расступились, освобождая пространство для гетеры. Видимо, подобный энтузиазм зрителей был для них привычным делом. Высоко подняв руки и выгнув спину, гетера замерла на мгновение, словно готовясь к прыжку, а затем окунулась в поток льющихся звуков. Ее движения были ловки и отточены до совершенства.

Своей грацией Фрина ни в чем не уступала опытным танцовщицам. Пандора залюбовалась ей. Вышедшие из повиновения пальцы девушки наигрывали на коленях мелодию в такт музыке.

Неожиданно над ее ухом раздался громкий шепот:

– А ты не хочешь присоединиться к ним?

Пандора вздрогнула и обернулась. Алкивиад, свесившись с клине, с насмешливой улыбкой смотрел на нее.

Девушка возмущенно отпрянула и зарделась. Алкивиад попытался изобразить невинную доброжелательность.

Пандора ничего не ответила и отвернулась.

Танец кончился. Разгоряченная, тяжело дышащая Фрина оправила сбившийся хитон, элегантно поклонилась зрителям и вернулась на место.

– Поистине, красота порождает любовь! – одобрительно провозгласил Федр, хлопая в ладоши. Фрина поддакнула и непринужденно подобрала хитон, излишне закрывавший ее стройные бедра.

– Ну что же, будем пить за любовь! – провозгласил Алкивиад, сделал возлияние Афродите и поднял кубок.

Пандора почувствовала легкое головокружение. Весь этот пир, музыка, разгоряченные танцовщицы и крепкое вино – все наполняло сердце радостью, каким-то теплым манящим обещанием, предчувствием чего-то сладкого и таинственного. Она бросила короткий взгляд на Алкивиада. Юноша вальяжно развалился на клине. Фибула на его левом плече расстегнулась, и сползший хитон больше не скрывал крепкий мускулистый торс. Золотистые кудри спадали на плечи.