Незаконный наследник: Вспомнить, кем был. Стать собой. Остаться собой

Приняв такое решение, я подхватил сумку и вошел непосредственно в вагон, чтобы пройти его насквозь.

– Та-а-а-к, а вот это что здесь делает?

М-да, вечер стремительно переставал быть томным. Вот что вытащило этих дятлов в коридор? Не могли посидеть в купе, пока поезд разгоняется? Потом бы вывалились всей толпой, чтобы за жизнь поговорить, да своими свежеприобретенными навыками друг перед другом похвастаться.

– Керн, ты что же, забыл, что не должен своим присутствием осквернять взгляды законнорожденных, истинных сынов и дочерей своих кланов.

 – Да, пафоса у попугая на десятерых хватит. И откуда, интересно, такой экземпляр вообще выполз?

– Я не просто забыл, я вообще не знал, что существуют такие правила для конкретного Керна. – Я слегка наклонил голову набок, осматривая своих соперников. Их было четверо. Все четверо рослые, спортивные, явно не гнушающиеся тренировками по боевым искусствам. – И кто их придумал и утвердил, ты, что ли? – В памяти самого Керна ничего конкретно про это тело, которое сейчас стояло, перегораживая мне путь, я узнать не мог.

Просто какая-то аморфная паника с воплями: «Спасите-помогите, ма-ма!» Поэтому даже его имя было для меня загадкой.

– Да хотя бы я, – дятел усмехнулся, а его дружки дружно поддержали здоровым юношеским гыканьем.

Понятно, они еще и кретины. Не слишком хорошее сочетание.

– А ты вообще кто такой, чтобы законы разные издавать? Император? Или некто, имеющий такую же власть? По-моему, за такие слова на тебя вполне можно настучать в Службу безопасности, тому следователю, который нас недавно плющил.

Он мне показался человеком серьезным, быстро установит твои полномочия, – говоря это, я аккуратно поставил сумку за спину, чтобы не наступить и не нанести тем самым тяжелую моральную травму Паразиту, а сам выдвинул ногу вперед и слегка согнул колено.

– Ну да, ты только на это и способен, стучать, – попугай не видел моих манипуляций или не придал им значения. Он говорил, повернувшись к своим приятелям. Видимо, чтобы из этого положения ударить меня.

Довольно предсказуемо на самом деле, и не было бы их четверо, а я был бы более подготовлен, то это было бы еще и скучно.

Кулак полетел в мою сторону. Ну вот, я же говорил. Присев, я пропустил его над головой и ударил коротким, но сильным ударом костяшками согнутых пальцев прямо в район печени. Он согнулся и завыл, что, не ожидал? В узком коридоре вагона эти придурки только мешали друг другу. Но все же одному удалось садануть мне по скуле.