Незаконный наследник: Вспомнить, кем был. Стать собой. Остаться собой

У Ирины тоже не слишком приятный дар в наличии имеется.

Рванув дверь на себя, я застыл в дверях. Не знаю, что это за дар, потому что Изразцов никак его не обозначил, когда называл нам наши потенциальные умения, но выглядело эпично. Ирину подняло в воздух и пригвоздило к стене, практически под потолком. Из такого положения она ничего не могла предпринять в свою защиту. Неудивительно, что девчонка испугалась. А Анна, которая смотрела на нее прищурившись, явно не спешила останавливаться на достигнутом.

– Анна, прекрати, – тихо произнес я, привлекая тем самым к себе внимание.

– Керн, а с каких это пор ты принялся защищать всяких сирых и убогих? – она очень внимательно смотрела на меня. – Или ты просто чувствуешь себя с ними на одной социальной ступени?

– А с каких пор ты стала меня провоцировать? – я сжал зубы так, что почувствовал во рту привкус мела.

– Боже мой, Керн, неужели ты подумал, хоть на мгновение, что отличаешься для меня от них?

А сколько презрения. А самое поганое, что я не знал, что с этим делать.

Если особо недалеким особям мужского пола я мог вбить в башку, что со мной надо считаться, то что делать вот с такими вот высокородными шлюшками? Не убивать же их, в конце концов.

– Но все это не помешало тебе со мной спать, драгоценная, – проворковал я. – И да, я понимаю причину твоего раздражения, я тебе ничего не обещал, а Ирина мне хотя бы нравится, в отличие от… – Она потеряла концентрацию, и висящая на стене девушка рухнула на пол. Судя по стону, Ирина что-то повредила, но мне пока было некогда с ней разбираться.

Я перехватил руку Анны, когда она собралась дать мне пощечину. – Не так быстро, дорогая, уж тебе вполне известно, что я могу и сдачи отвесить.

– Отпусти меня, скотина, – прошипела она.

– Брось, тебе ведь это нравится, – я подтащил ее поближе. – Я еще тогда понял, что ты не против легкого истязания. Кстати, мы вполне можем и повторить. Вот только дверь моей спальни для тебя закрыта, извини, так что тебе придется придумать другое место, возможно даже экзотичное, я всегда готов к разнообразию.

– Ты сильно пожалеешь, что позволил себе так со мной разговаривать, – и Анна вырвала руку, гордо задрала голову и вышла, хлопнув дверью.

– Я уже жалею, что связался с тобой, – выплюнул я в закрытую дверь, после чего повернулся ко все еще сидящей на полу Ирине. – За что она тебя?

– Понятия не имею, – девушка прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать боль. Все-таки у нее какая-то травма.