Граф Рысев

 – Слушайте, я, правда, не помню. – Сказал я совершенно нормальным голосом. – Меня по затылку огрели, я действительно только чудом выжил. Но у меня амнезия. Я своего имени не помнил, когда очнулся. Да и сейчас просто убедил себя, что меня зовут Евгений Фёдорович Рысев, но не вспомнил. Так что, я ничего не смогу вам сказать по поводу нападения. Только то, что блевать – это больно, а снег в тех местах невкусный.

– Почему, ваше сиятельство, вы не сказали нам об этом сразу? – Устин даже не злился. Он захлопнул блокнот и посмотрел на меня немного брезгливо.

– Не знаю, правда, не могу сказать. – Я поднялся из кресла. – Наверное, мне не понравилось ваше настойчивое желание попробовать на меня давить. Так что, парни, без обид, – я поднял руки ладонями вверх.

– Ну что же, ваше сиятельство, это нам урок на будущее, – Шубин ухмыльнулся, но не зло. Да и вообще, оба смотрели сейчас без презрения. Просто как на избалованного мальчишку, но не как на вошь, которая каким-то образом сюда заползла. – Разрешите откланяться, ваше сиятельство.

– Разрешаю, – я тоже усмехнулся. – У меня к вам просьба. Вы могли бы мне передать с оказией сведенья, если что-нибудь сумеете выяснить? Может быть, это подтолкнёт воспоминания и заставит память вернуться?

– Ну, почему бы и нет. Всё-таки это дело наполовину частное и оплачивается его сиятельством вашим дедом, – вздохнул Устин. – Всё равно мы будем для него отчёт готовить.

Так, ещё одна зарубка на память, которая, тварь такая, совсем не хочет мне помогать.

Частные лица вполне могут заплатить управе, чтобы та работала в частном порядке для проведения расследований, которые не закреплены в Уголовном Кодексе. Или здесь не Уголовный Кодекс и это мои… хм, музы мне названия подкидывают? Да неважно, какой-то свод законов всё равно должен присутствовать. И, да, я сомневаюсь, что все подряд могут прийти к детективам и заявить, что хотят заказать расследование, но вот граф вполне может себе это позволить.

Пока я пытался систематизировать новые знания, которые на меня сыпались как из рога изобилия, и которые я, по идее, должен был знать, жандармы ушли, оставив меня в одиночестве.

– Женя, ты как себя чувствуешь? – я вздрогнул.

Надо же, так сильно погрузился в свои мысли, что даже не понял, как в гостиную вошёл граф. Как и вечером, когда он встречал нас на крыльце, одет дед был в деловой костюм-тройку. В гостиной было тепло и мне почему-то показалось, что в костюме ему было не слишком комфортно.