«Некрономикон» и гипноз Хранителя

Тогда тоже было очень много маминых коллег, соседей и маминых родственников, о существовании которых он и не знал. Видимо, мама не очень их любила и не поддерживала с ними отношения. У отца не было родственников. Был только какой-то очень хороший друг, проживающий в Израиле. А Толя никогда не интересовался своими родственниками. Интересно, родичи мамы тоже присутствовала на похоронах отца. Все-таки не мешало бы их разыскать.

Галина Федоровна налила большую тарелку борща и поставила перед Толей.

– Спасибо, – поблагодарил юноша.

 – А вы что разве не составите мне компанию?

– Только пообедала, – ответила соседка. – Ты бы хоть предупредил, что приедешь. Может тебе налить сто грамм для аппетита?

– Давайте, – сразу же согласился молодой человек. – Помянем моего отца. Пусть земля ему будет пухом.

Соседка глубоко вздохнула и заметила:

– Я выпью совсем чуть-чуть. Чисто символически. Давление, знаешь, скачет.

После стопки водки разговор пошёл быстрее.

– Завтра мы съездим на кладбище.

Я тебе покажу его могилу, – соседка с тоской смотрела на Толю. – Кстати, его похоронили совсем недалеко от Светы. Ты же помнишь, где похоронили твою маму? А это соседний сектор, чуть ниже к дороге. Уже можно будет памятник заказывать. У Светы большой мраморный памятник. Отец постарался. Уж очень он любил свою жену.

Соседка всхлипнула и, чтобы парень не заметил её слёз, встала из-за стола.

– Твою маму, я очень редко видела, – продолжала далее Галина Фёдоровна. – Мы редко с ней общались.

Она всё-таки была очень активной и деловой женщиной. Известный в городе ученый, по телевизору её показывали, статьи в газетах писали. И вот так умереть совсем молодой.

– Я маму тоже очень плохо помню, – заметил Толя, потупив взор в тарелку. – Я помню, что моим воспитанием, в основном, занимался отец. Он и в садик меня водил, а позже и в школу. И выходные со мной проводил. И кормил, и одевал, и сказку на ночь рассказывал. А мама? Я её вообще редко видел. Утром, когда я просыпался, она уже была на работе, а вечером приходила с работы уставшая, взведенная и ей было не до меня.

Да, и выходных у неё почти не было. Бывало и в воскресенье её вызовут на работу, и в субботу. Даже не знаю, что вспомнить. Вроде и была мама, и вроде её и не было.

– Ну, что ты так говоришь? – пожилая женщина махнула руками. – Мама – это есть мама. Она дала тебе жизнь. И все, что она не делала в жизни, делалось для твоего блага и для блага твоего отца.