Эскадра

В родном Донецке, на самой Земле – а вы думали, в Великой Метрополии и на Родине Человечества нет бедноты? Все наоборот, именно там-то ее и навалом, ведь все талантливые, способные, амбициозные и даже просто тупо трудолюбивые давно свалили в колонии – безработный шахтер Загоруйко перебивался как мог, любыми способами, не исключая мелкий гоп-стоп. Все изменилось после возвращения из "длительной командировки" его соседа, Урмаса Гимазова. Отсутствовал он почти полгода, так что его любвеобильная жена успела наставить ему рога со всем районом, не исключая и самого Эмиля (а хороша чертовка, кстати!), кроме того, поползли слухи, что на самом-то деле он просто сбежал куда-то далеко-далеко.

Ну или недалеко, зато к достойной большего доверия бабе. Однако вот – вернулся, и, по меркам Донецка, вернулся богатым человеком. Богатым настолько, что купил на базаре подержаный флаер, перешел с самогона на покупную водку, а Светлана вдруг опять стала верной женой. Конечно же, знакомые постоянно докучали Урмасу вопросами, где, так сказать, водятся деньжищи и как бы им самим приобщиться к сему живительному источнику. Но ответ был один: "где было – там уж нет". Лаконично. Но Гимазов, несмотря на фамилию, был гораздо в большей степени эстонцем, чем татарином. И только Эмилю он рассказал немножко больше.

– Сосед, – сказал он, – Ты шахтер, как и я. И ты можешь попробовать получить такую же работу. Это вахта где-то далеко, я так и не знаю, где именно, но одной дороги туда – месяц. Работа очень тяжелая, не уверен, что решусь на еще одну вахту.

Действительно тяжело. Но платят сполна, тут вопросов нет. Хорошо платят.

– А кто хоть платит-то?

– Аргентинцы. Если хочешь, сброшу тебе адрес, напиши им… Вроде как еще нужны рабочие.

– И это действительно шахтерская работа?

– Да! Условия необычные и я сказал – работа тяжелая. Но в целом – ничего, что мы бы не видели в шахте. Я справился – и ты справишься.

– Спасибо, сосед! Давай адрес. Я попробую.

Его взяли. Сначала он сильно беспокоился, ведь проводивший собеседование молодой парень представился "Альфонсо Диас, горный инженер", в то время как снующий вокруг офисный люд почему-то обращался к нему "сеньор лейтенант", не нужно знать испанского, чтобы понять такую простую фразу.

Однако в ходе разговора Диас задавал вопросы как настоящий профессионал, не понаслышке знающий работу горняка, то есть каким он там был лейтенантом – неведомо, а вот инженером он был явно настоящим, и Загоруйко несколько расслабился.