Орден

Но как сказал Натан, даже под полями они выдерживают максимум два попадания этих “колбасок”. Потом – всё.

– “Галилы”, сейчас мы пробьем коридор, – сказал на общей Фернандо Алонсо, – Как только наши долетят до вас, валите оттуда. Ваша перезарядка на “Нанте”, “Санта-Мария” слишком далеко.

– Подтверждаю, – сказал Два по сто, – Мы вас зарядим, ребята.

– Принято, – ответил Рабинович, – Но “Пингвинов” пока не видим. О! Видим! Группа, быстро на обратный с этими шабатгоями курс! Ну то есть с этими любимыми и прекрасными шабатгоями, – добавил Натан, убедившись, что все двадцать штурмовиков достаточно осмысленно развернулись и двинулись к “дырке”, которую истребители “Гинсборро” проделали в построении “колбасок”.

А соскучившиеся по хорошей драке “Пингвины” отрывались на всю катушку: поскольку место расположения реактора у противника было уже известно, они старались укладывать очереди именно туда. “Колбаски” послушно взрывались и вскоре начали пытаться уйти от прямого контакта, но тут-то и подлетели борта с “Нанта”, обвешанные тяжелым нуклеаром – Два по сто, ввиду удаленности обитаемой планеты, решил использовать ядерное оружие по полной.

Система отклонения торпед у “колбасок” явно была, но сто бортов выпустили, соответственно, пятьсот торпед. Одновременно. И система, похоже, “захлебнулась”. Когда же оставшиеся попытались создать что-то вроде боевого построения, “Ситроены” с “Нанта” уже были в широкой спирали, а “Пингвины” с “Гинсборро” и вовсе ушли на перезарядку. Вместо них возникли, именно возникли, переключив мощность с маскировочных полей на артиллерию, десять фрегатов Трехо, чьи рэйлганы пробивали “колбаски” насквозь, причем вдоль. Боевое построение, рассчитанное на кучу маленьких истребителей, тут же стало практически похоронным: липтонные поля равных по размеру кораблей лазеры чужих не проходили, и началось форменное избиение.

– Всем нашим: готовность к выходу из боя, – сказал на общей Кортасар, – По моей команде – “брызги”, всем.

Услышали?

– Да, принято, – ответил Трехо.

– Принято, понятно, си, сеньор, – послышались голоса командиров групп с “Нанта”.

И тут на общей раздался вопль Кончиты: “Не по его команде, а прямо сейчас! Все – в стороны и назад! Быстро! В стороны и назад! Если жить хотите! Все и сразу!”

Все знали, что в мирной обстановке, например за стаканчиком вина, сеньора полковник Кончита Дюпон весьма разговорчива, если не сказать “болтлива”.