С отрога Геликона

«Кто ты?» – я спросила. Звезда отвечала: «Я – дева Афина.»

Зевс

Знаю ее! И о ней поведу сейчас славную речь я

Мне говорили о ней с наднебесных высот непостижных:

Силою духа она превосходит сестер твоих ближних.

Сестры, что Нила долину, илистые пашни Двуречья,

Сенью своей покрывают – вот им, всеблагим, она ровня.

Гера

Ах, милый! Как кстати ты вспомнил великие царства земные!

Крит и Микены, и Иолк, и Тиринф, семивратные Фивы,

Что с ними станет, когда чертог наш застелется кровлей?

Зевс

Длинная ль, краткая ль мысль – все тонет в бездонной пучине.

Можем ли тем возражать, кто нас много выше поставлен,

Тем, кому мы сотворим, кто всей нашей жизнью прославлен?

Нет, Гера. Думаю я, должны доверять мы Афине

Как люди нам верят.

Гера

Тогда дары поднести ей уместно!

Видится мне череда правителей, воинов, провидцев,

Изысканных мастеров, жен милых и жриц, сердцем чистых, –

Пусть строится наша земля во славу богов повсеметно!

Зевс и Гера

Всех выше поставим меж них вожака, чтоб по тверди ступал

Ее невесомой пятою.

В радости, в песне и танце, и в буйных весенних цветах–

Такой ей счастливый приход уготовим!

Из Орфея

*

Пролог на земле

В конце лета прорицатель Телеф, как водится, собирал виноград. Это было для него горячее время, как по причине все не спадающей жары, так и по причине занятости от рассвета до заката. Заранее на специально отведенном солнечном месте Телеф разложил камни, на которые ставил полные плодов ящики с низкими бортами.

Раньше прорицатель все делал один, и потому ящики были у него практически квадратными – иначе ему одному было не пройти между лоз. Но вот теперь уже два года, как ему во всем помогала Эрато, а потому и ящики он переделал: вместо квадратных они стали вытянутыми. В них вмещалось теперь больше винограда, и работа шла заметно быстрее.

Пока родители были заняты, маленький Династ, рожденный Эрато плод гераклова семени, сладко проводил время. Усевшись на землю возле одного из ящиков, он очищал от ягод одну гроздь за другой и уминал их за обе щеки.

Это был первый год, когда ему было позволено наесться винограда от пуза. Мать напоминала ему о необходимости выплевывать косточки, но Династ когда их выплевывал, когда нет, и лепетал в ответ что-то свое. Отвлек малыша только малознакомый голос нагнувшегося к нему бородатого мужчины:

– Привет! – сказал тот и протянул ребенку руку. Маленький Династ немного испугался.