С отрога Геликона

Двое стражников взяли луки – половину один и половину другой, – перевязали толстой веревкой и повесили на коня. Телеф с юношей разошлись, а Феспий, попросив друзей немного подождать, вернулся из дома тоже с двумя луками. Он удивлялся, как это ему самому не пришла в голову такая простая мысль.

Процессия Креонта уходила дальше и дальше. Стесняемое горами закатное солнце причудливо играло в озеленившихся кронах деревьев, в стенах домов и блестящих доспехах фиванских стражников. Феспий благодарил богов за свое выздоровление, как телесное, так и душевное.

Уже очень давно, пожалуй с тех пор, как родилась его первая дочь, он не испытывал столь сильных движений души. Кекропиец был готов уже простить и Геракла. Правда, о беременности дочерей он ведь тогда еще не знал. Он перебирал в памяти свои разговоры с Телефом, и вспомнил разговор о нимфах, состоявшийся как раз тогда, когда Геракл только-только оказался у него в доме. Феспию казалось теперь, что горы и деревья и вправду небезучастны к нему.

За игру одной из таких нимф он принял и приблизившийся к нему вдруг запах оливковых цветов и ощущение на плече женской руки.

– Что они хотели от тебя? – спросила супруга Мегамеда, которая все это время провела в невероятном волнении, разрываясь мыслью между страданиями Эрато и догадками о целях визита фиванцев. Увидев ее, Феспий очень обрадовался.

– Мне нужно ехать в Кекропию, – с радостью ответил он.

– Я думала, ты ненавидишь этот город. Как надолго?

– Я должен обернуться как можно быстрее.

Приплыву в бухту Креусы на корабле.

– Так что же им все-таки нужно?

– Оружие. Они хотят победить Орхомен.

– Послушай, Феспий. Я не хочу препятствовать твоим планам, но хочу чтобы ты знал: мне и девочкам ни Фивы, ни Орхомен не дороги, нам нужен ты, живой и здоровый. Когда ты едешь?

– Сейчас.

– Ты с ума сошёл! Ты ведь только что едва не умер!

– Но я уже отлично себя чувствую. Телеф сказал, что надо торопиться.

– Телеф сказал…, – обиделась Мегамеда и отвернула от мужа лицо.

 – Все его слушаешь. Хоть бы жену родную послушал…

– Мегамеда, ну что ты! – уговаривал ее Феспий. – Я ведь правда тебя люблю. Ну Телеф, ты ведь знаешь, никогда не ошибается.

– Знаю… А что будет, если затея фиванцев окажется неудачной?

– Я думал об этом. Корабль будет стоять в Креусе пока дело не разрешится.

– Два корабля, Феспий! У тебя только дочерей пятьдесят если ты еще помнишь.

– Хорошо, будет два.