Роуз Коффин

Раньше этот мотив звучал как мрачная и загадочная песня, которую редко поют младенцам, но сейчас показался подходящим ситуации. Она представила, как сук ломается под ней и она летит прямиком в распахнутую пасть Скверны. От этого ужасающего видения девочка выпрямилась, её сердце тяжело застучало. Она крепко сжала ветви, словно проверяя их на прочность. Холодный пот выступил на лбу.

Минуя холмы и равнины, Корам держался ближе к Риджу, не спуская с Роуз глаз. Он казался взволнованным, мысли явно не давали ему покоя.

В какой-то момент их взгляды пересеклись, и Роуз, которой уже надоел внутренний диалог, спросила его:

– А что Скверна вообще такое?

– Ты правда хочешь знать? – спросил Корам.

Она не была в этом уверена, но всё равно кивнула.

– Это ужасное существо, – качая головой, сказал он. – Целиком чёрное, склизкое, будто покрытое илом. У него восемь огромных ног. По крайней мере, так говорят. Немногие видели его воочию, ещё меньше пережили такую встречу, чтобы о ней рассказать. У этой твари длинное рыло, которое она закапывает глубоко в почву, поражая тем самым близлежащие земли.

Каким-то образом Скверна иссушает их намертво, выпивая жизненную силу Эпперсета. Она растёт с каждым глотком. Я представляю её себе нескольких сот метров высотой, но сейчас кто знает, каких она размеров? Чем больше, тем сильней она становится, тем большие разрушения с собой несёт. Бури следуют за ней, и раз в несколько дней из её туловища вырастают чудовища.

Глаза у Роуз широко раскрылись, в животе снова свело.

– Теперь ты понимаешь, почему мы в таком глубоком отчаянии, – произнёс Корам. – Скверна поглотит этот край за считаные дни. Вся надежда на тебя.

– Смертельно рада вам помочь!

Корам смущённо втянул голову в плечи и взглянул на Василиску в поисках поддержки. Девушка, обнажив клинки, шла далеко впереди, рассчитывая каждый шаг. Роуз заметила, что она всегда шла на цыпочках, готовая к бою, и не тратила время на болтовню. Диидаб с Эо не отставали от неё. Оценив состояние Ордена, Корам тихонько произнёс:

– Роуз, я понимаю, ты напугана.

Он покосился на Риджа, понимая, что его старый друг был единственным, кто мог слышать сострадание, таившееся в его словах.

– Кто, я? – ответила Роуз, сама удивляясь своему тону. – Вовсе нет. Всегда мечтала так закончить. Как настоящая мученица.

– Я бы хотел, чтобы был другой способ. Честно. Когда придёт время, я обещаю, что не буду праздновать с остальными.

– Это греет мне душу, – язвительно сказала она.