Серый Ворон. Книга 3. Друзья и магия

Ехать без седла было боязно, я всё время опасалась свалиться, но близость и уверенность Петьки меня успокаивали. Вскоре мы выбрались из заросших кустами холмов на дорогу и поскакали уже по ней.

* * *

– Значится, на следующий день после той встречи с вами на зимней дороге я уже был в торговом посёлке. Мне одного дня хватило, чтобы понять – мне там были не рады. Там и без меня было по три неплохих мастера на каждое место в кузнице. Даже если просто меха качать, мешки с углём таскать или воду носить и то свободных мест не было…

Ярик во время своего рассказа стоял по пояс в воде озера и пытался хоть как-то отстирать свою рубаху с помощью куска мыла.

Честно говоря, его одежда годилась разве что только в качестве половой тряпки, но дварф не унывал.

– И тогда пошёл я в Холфорд, как вы меня надоумили. Вот только на второй день пути на безлюдной дороге окружили меня, значится, разбойники. Понятное дело, топор хороший сразу отобрали, по шее накостыляли, все вещи мои выгребли.

Но, думаю, если бы хотели убить – убили бы сразу. А раз не убили, значит, отпустят потом меня, что с меня ещё взять-то? Но у них были другие планы. Меня связали, повязку на глаза нацепили и куда-то повели. Долго мы шли. А потом меня посадили в холодный подвал и сказали ждать. Даже не развязывали целый день. На второй день в подвал спустились орки. Вывели меня во двор и посадили в железную клетку на повозке. В той клетке уже было двое дварфов из клана Водных Мастеров, один человек кузнец и вот эти трое, – указал Ярик на трёх непонятных существ.

Эта троица с того момента, как мы остановились утром на привал на берегу озера, так и сидела неподвижно на берегу. Они даже не пытались искупаться или умыться в озере, хотя воняло от них изрядно. И они продолжали упорно молчать, как будто и не понимали нашу речь. Хотя я знала, что это не так – мы разговаривали с Яриком на Всеобщем, и любые разумные существа понимали этот язык.

– Привезли нас орки в посёлок, приставили к нам надсмотрщика, – продолжил свой рассказ Ярик, который уже вымылся, разделся до набедренной повязки и разложил сушиться свою мокрую одежду на траве. – Звали этого надсмотрщика Гумаш, тот ещё злыдень оказался. Своё знакомство с нами он начал с того, что жестоко избил нас всех ногами и окованной свинцовыми кольцами дубинкой. Мне нос расплющил, другим зубы проредил и рёбра поломал.