Когда говорит кровь

Только я тебе завтра отдам, ладно? А то у меня тут ни иглы, ни ниток нету… ты же дойдешь до дома, ну… в одних штанах?

– Дойду. Спасибо тебе Ярна. Я тебе три, нет, четыре лепешки принесу. И вина ещё.

– Лучше бы масла, конечно. А то я вино не очень…

– По рукам, будет тебе масло.

Вернувшийся Ирло тихо сел с краю и придвинул к себе последний кувшин с вином. Молча налив полную чашку, он выпил ее в несколько глотков. Потом налил ещё, выпил не отрываясь, и начал наливать третью

– Но-но, полегче давай, а то сейчас всё вино вылакаешь!

Мицан отодвинул от него кувшин, но Ирло опять придвинул его к себе.

Он поднял голову и на юношу уставились полные ужаса глаза.

– Прости Мицан, но я это, кажется, если не надерусь сегодня, то уснуть не смогу. Только глаза прикрою – сразу голова эта отрубленная появляется. Можно я допью что осталось?

– Ладно, хер с тобой. Пей, раз по-другому не можешь. Но с тебя вино.

Ирло судорожно кивнул, даже не сказав ничего о том, что и это вино было куплено за его деньги.

– Завтра-то как? Толпой пойдем? – спросил Амолла.

– Можно. А могу сам отнести и договориться обо всем,– ответил Мицан.

– Давай лучше ты,– проговорил Киран, под одобрительные кивки остальных.

Они посидели ещё немного, даже не пытаясь завести беседу, а потом Патар, Киран, Ирло и Амолла, сухо попрощавшись, покинули склад. Ярна же пока не спешила уходить, начав приводить в порядок стол. Мицан немного понаблюдал за девчонкой, а потом переместился на лежанку в дальнем углу. Поставив перед собой корзину с головой, он почувствовал, как на него наваливается усталость и боль.

Его побитое тело начало напоминать об ударах и порезах, но уже совсем скоро все чувства пропали, а юноша провалился в глубокий сон.

Проснулся он уже ближе к полудню. Голова была там, где он ее и оставил, а вот Ярна куда-то делась. Зато он обнаружил, что его предплечье перевязано чистым отрезом ткани, а на столе лежало прикрытые тряпочкой пол лепешки, кусок брынзы с четверть ладони и маленький кувшинчик с водой.

Вероятно, все это было делом рук девушки. Поев, он вернулся на свою лежанку, прикидывая, чем бы себя занять.

Лифут Бакатария говорил, что ждать победителя Газрумары он будет на закате, а шляться по улицам с головой в корзине явно было не лучшей идеей.

От скуки он начал прокручивать в голове воспоминания прошлого дня, разбирая свой бой с косхаем. Все указывало на то, что Мицан очень везучий по жизни. Его противник был сильнее, крепче и явно намного опытнее.