Все демоны ада. Книга первая. Повелитель демонов

Тишина снова вползла незримой тенью в Главный Зал Святилища Гормеруарз.

***

Участки темного коридора, уходящего по широкой спирали полого в глубины земли, ярко освещались по мере прохождения процессии. Свет как бы следовал за идущими, сопровождая их на нижний ярус святилища, где все уже было готово для предстоящего обряда жертвоприношения семи демонам. И по мере приближения к Жертвенному гроту, кристаллы в жезлах Хранителей пульсировали все интенсивнее. Перед волной света факелов бежало голубовато-льдистое сияние, и маленькие фиолетовые молнии метались от стены к стене.

Вдруг камни в жезлах вспыхнули особенно ярко так, что залили все мертвенно-синим светом, затмевая пламя факелов, и почти мгновенно погасли. Раздался удар колокола, предвещавший нечто грандиозное, и процессия вошла через главные ворота в виде огромной оскаленной пасти в Жертвенный грот. Он был огромен, и лишь незначительные изменения внесли Хранители в то, что было создано природой. По лестнице, вырубленной в скале, жрецы и Мелинда с Тэлпморауком взошли на небольшую террасу, откуда была видна вся пещера во всех подробностях. Хранители, сопровождавшие их до этого, разделились. Двое, один с мечом, другой с жезлом поднялись на террасу и замерли у стены. Двое оставшихся двинулись в глубь пещеры и незаметно исчезли из виду. Мелинда опустилась в золотое кресло, оббитое бархатом, стоявшее недалеко от края террасы (Тэлпмораук сразу же занял место за его спинкой) и, чуть повернувшись, взглянула на Роньона. Поняв, он вскинул над собой посох. Шесть жрецов повторили его жест. И единым звуком было произнесено слово. Слово, громом пронесшееся по Жертвенному гроту. Эхом ударил колокол, и в его голосе слышалось торжество. Загрохотали камни в глубине пещеры, из провала, где до этого играли лишь слабые отблески огня, взметнулось багровое пламя, пещерное озеро как будто вскипело. Словно ураган пронесся по залу. И из черной пропасти в самом темном углу пещеры поднялись клубы непроницаемого мрака. Посохи семи магов опустились, и все снова стихло, ушло, но затаилось в напряжении, замерло в ожидании. На террасу прямо из камня стены вышагнул Хранитель. На первый взгляд он не отличался от остальных: тот же глухой черный балахон с опущенным капюшоном, тот же рост, та же как будто манера двигаться. Но было в нем что-то неуловимое, что-то темное… страшное… И казался он более призрачным, более могущественным, более нечеловеческим. И таким он и был.