Уворованный у Бога

Мэйр с явным недоумением отступил назад и машинально сделал новую попытку шагнуть вперёд. Невидимый экран привёл его в полное замешательство. Бойцы в панике двинулись по кругу, скользя по преграде руками, как иллюзионисты по вымышленной стеклянной поверхности. Их хождение по невидимой дуге не увенчалось успехом.

«Ай, да физики! – подумал Павел, восхищаясь их возможностями творить чудеса. – Какими же знаниями они обладают, чёрт возьми! Не иначе, как нашли способ сжать воздух до твёрдого состояния», – сделал предположение он.

И, словно в подтверждение его мыслям, Мэйр отдал приказ пальнуть по преграде со всех стволов одновременно.

Стрельба разрывными шариками с мощным потенциалом энергии внутри не принесла желанного результата. Сжатый воздух отзывался на точечный выброс энергии совсем иначе, чем твёрдая материя. Созданная учёными субстанция, вероятно, обладала некими пластичными свойствами. Её структура, по предположению Павла, имела определённую подвижность, не позволяя таким образом нарушать межатомные связи в момент взрыва пули, выпущенной из «ройта».

Мэйр негодовал. Его душило собственное бессилие. Группа, возглавляемая им, оказалась в прочной ловушке и уже не сможет выполнить задачу, поставленную Владыкой. Значит, вся вина ляжет на него. Он знал, какие выводы последуют после провала операции. Мэйр в гневе метался по кругу, как разъярённый хищник в клетке.

Взметнув взгляд вверх, Мэйр увидел зависшего над группой «рогатого» виновника и, не раздумывая, выпустил по нему очередь из «ройта».

К его выстрелам присоединились остальные штурмовики. Одни стреляли прицельно, другие в остервенении, «от пупа». Выпущенные ими «горошины» не достигали цели. Не долетая до рогатого убийцы, их траектории искривлялись, они обходили его стороной.

Неуязвимый робот будто издевался над пиратами, наслаждаясь их беспомощностью и предсмертной истерикой.

Спустя некоторое время ему как будто наскучило забавляться с непрошенными гостями. Зависнув в одном положении, он начал беспорядочно вращаться вокруг своего невидимого центра, испуская из многочисленных сопел с большой скоростью вниз какую-то воздушную смесь оранжевого цвета.

Она, как чернила в воде, быстро распространялась в замкнутом пространстве. Когда воздух окрасился в светло-оранжевый цвет, стал виден контур поставленного заграждения.

Для штурмовиков Мэйла началась мучительная смерть. Бойцы корчились от удушья, неестественно извивались и падали на землю. А потом… бесследно исчезали.