Белый Z на лобовой броне

Но, увы, полицай не обогатил этот мир новыми словами – инстинкт самосохранения перевесил энтузиазм. Лежал, смотрел злобно, а вот рот предусмотрительно не открывал. Что ж, оно и к лучшему, подумал Виталий и вернулся к сортировке трофеев.

Одно удостоверение привлекло внимание Третьякова. Не своей необычностью даже (знал, что подобные можно здесь встретить), а фотографией. До странности знакомой фотографией. Не потребовалось даже вспоминать, где он видел лопоухого парня лет двадцати с по-лошадиному вытянутым лицом. Конкретно его Виталий знал едва не с рождения и, хотя видел не часто, помнил хорошо.

Вот же не ожидал такой встречи!

Совпадение? Возможно, бывают и покруче. А может, и нет. В любом случае требовалось немедленно прояснить ситуацию. Что Виталий и сделал.

– Откуда взял?

Укровоин посмотрел на него злыми глазами, но предпочел не спорить – мало ли что. Форс, конечно, держал, но получил пару раз ботинком под ребра и более судьбу не искушал.

А когда его исповедь закончилась, Виталий извлек из кучи трофеев телефон.

Посмотрел, усмехнулся. Надо же, война идет вовсю, а сеть пускай слабо, но ловится. Набрал номер, который помнил на память, дождался ответа и спросил:

– Донатас! Ты как там?

– Я? Хорошо, – донесся из трубки удивленный голос. – А кто это?

– Третьяков. Не забыл еще?

– Виталий? – Удивления стало еще больше, но к нему добавились вполне доброжелательные нотки. – Ты откуда?

– Это неважно. Ты лучше скажи, как там у вас в Вильнюсе погода?

– Отвратно, как всегда.

А что, приехать хочешь?

– Я? Да что я там забыл? Геморрой с визами?

В ответ раздался невеселый смех. Вот так, когда-то они с Донатасом учились в одной группе университета, потом судьба развела, хотя периодически они переписывались, не теряя контакт. Виталий стал тем, кем стал, а Донатас…

В общем, у него особого выбора не было: родители клятвенно пообещали отречься от сына, если тот не вернется на родину предков. Вернулся, куда деваться, только вот с работой по специальности вышел облом: зачем Литве геологи?

Но одно из главных преимуществ молодости, как ни странно, то, что у тебя еще ничего нет.

А если ничего нет, то и терять, по большому счету, нечего. А значит, ты не боишься рисковать. И вчерашний студент не побоялся перечеркнуть прошлое и начать жизнь почти с нуля.

Вариантов было немало, и самым перспективным в тот момент казалось уйти в политику. На незатухающей волне национализма добиться определенных преференций было не так и сложно.