Наследница

Он как раз сел за стол, разложив перед собой толстую амбарную книгу, наверное, собирался считать приход-расход. Когда дверь открылась, он обернулся, но вставать не стал, лишь дежурно улыбнулся:

– Что угодно господам?

– Нам угодно есть и пить, а еще тебя убить, – в рифму ответил Торн и, сграбастав толстяка за шкирку, ловко выдернул его из-за стола. Тот дернулся было, но сообразил, что с человеком, который, не напрягаясь, держит тебя на весу, причем одной рукой, лучше не спорить, и обвис.

– Э-э…

– Что э? Что э, скотина? Не хочешь говорить, я сам тебе расскажу. Женщина. От двадцати пяти до тридцати лет Мясо пролежало на льду около недели. Или ты думал, что укропом запах отобьешь?

Судя по тому, как испуганно задергался мужичок, он и впрямь так думал и теперь страстно сожалел, что все открылось. Однако душа разозлившегося оборотня жаждала крови, и спускать с рук такое пренебрежение к своему обонянию он не собирался.

– Так что, тебя повесить или гвоздями к стене приколотить?

– А может, не надо? – испуганно пискнула Кира.

– Надо. За такие шутки его вообще по закону сжигать положено.

Фраза насчет сжигания подействовала магически. Хозяин постоялого двора вновь задергался и залопотал. От испуга его исповедь звучала не очень связанно, однако вполне понятно. И, судя по побелевшему лицу Киры (вот ведь, впечатлительная вампирша попалась), для нее услышанное звучало дико.

А ведь история, если вдуматься, житейская. Жениться на молоденьких – весьма распространенная ошибка пожилых мужчин. Нет, оно, конечно, приятно, однако и проблемами чревато серьезными. Данный случай не был исключением.

В общем, опуская нудные подробности, баба загуляла. Причем так хорошо загуляла, что Торн, услышав о ее похождениях, лишь лоб потер в недоумении. Что, спрашивается, ей надо-то было? Дом – полная чаша, по деревенским меркам жили даже не зажиточно – богато.

Мужу не понравилось. Муж поговорил, выпорол вожжами. Ну а когда не помогло, взял топор и пристукнул. А после этого собрал в гости тех, с кем женушка гуляла, числом без малого два десятка человек, исключая, естественно, бывавших в их краях проездом, да и скормил им бабу. В смысле, пустил ее на жаркое, котлеты и прочие вкусности. Довольно изощренная месть.