Время молодых

Четыре новейших линейных крейсера запросто объяснили бы их антиквариату, чьи в лесу шишки.

А Эль Рияд из космоса и впрямь был красив. Издали эта планета очень напоминала Землю – голубые океаны, белые облака… Очертания материков иные да оттенков голубого намного больше, чем на прародине человечества, однако же с первого взгляда стало понятно, что мимо такого приза те, кто открыл планету, просто не могли пройти.

– Владимир Семенович? – в притворном изумлении воскликнул фон Корф, когда адмирал вышел на связь.

 – А мы вас тут уже заждались. Что так долго добирались?

– Дела, Игорь Иванович, дела, – улыбнулся Александров. Фон Корфу он благоволил, считая, что тот уже давно перерос свою должность и, по сути, единственный человек на Урале, способный полноценно перехватить командование флотом если с ним, адмиралом, не приведи Космос, что-нибудь случится. – Как вы тут без меня?

– Да так себе, – усмехнулся командир «Измаила». – Совсем местные страх потеряли, не уважают нас. Лаются неприлично, обещают за ноги подвесить.

Может, их тоже астероидом, а?

– А чем они тебе не нравятся? Храбрые, наглые, прям совсем как мы.

– Некоторые выглядят храбрыми потому, что боятся убежать. А по сути они – балласт человечества.

– Расскажу я тебе, Игорь, одну притчу. Которую только что сам придумал, – усмехнулся адмирал. – Один храбрый аэронавт решил подняться в небо на воздушном шаре. Но когда шар оторвался от земли, аэронавту стало страшно, и он обделался. Шар поднялся выше, аэронавт испугался еще сильнее и вновь обделался.

Шар поднялся еще выше. И чем больше гадил аэронавт, тем выше поднимался шар. Отсюда вывод – не сбрасывайте балласт без нужды.

– Хм… – задумался фон Корф.

– Вот тебе и хм, – передразнил его Александров. – Ладно, кто там от них на связь выходит?

– Да какой-то хрен с бугра. Посмотреть, как зовут? Я не запомнил.

– А зачем? – искренне удивился адмирал. – Просто переключи на меня, как объявится, а я пока здесь подремлю.

Он действительно заснул прямо в рубке своего линкора – последние дни вымотали его донельзя.

Хрен с бугра вышел на связь через полчаса примерно, паузу, так сказать, выдержал, но к отдыхающему его не допустили, грозно цыкнув, чтоб сидел и не отсвечивал. Так что разговор состоялся лишь через три часа, когда адмирал сумел поспать, выпить кофию и почувствовать, наконец, вкус к жизни.

Собеседник его был из тех, кого женщины называют «интересный мужчина», после чего вешаются им на шею.